Кукла

Страх — всегдашний спутник неправды.
У. Шекспир

Счастье есть лишь мечта, а горе реально.
Вольтер

…Было страшно. Там, тогда
Умереть она могла.
Враг не дремлил, он следил:
Вслед за жертвами ходил.

Помогла тогда подруга…
Боже мой, какая мука!
Было больно ей тогда.
Но осталась, ведь, жива!

Вот прошло уж много лет,
И проблем как будто нет.
У нее растет сынок,
Даже счастлива чуток…

Ну, а то, что с нею было,
Быстро-быстро позабыла.
Просто выдрала листы:
Вместе с ними – все мечты.

Утихает холодок…
За листком летит листок.
Вместе с тем летит и зло:
Возвращается оно…

Сны кошмарные опять
Не дают бедняжке спать.
И кричит она, и злится,
И не хочет возвратиться…

Ведь не знала, что теперь
Этот древний, жуткий зверь
Нанесет удар прям в сердце! –
И закроет свою дверцу…

Сын из школы не вернулся
Сон кошмаром обернулся!
Что же будет с ним теперь?
Как открыть ее, ту дверь?..

Глава первая
Кукла нападает

Было около двух часов ночи. В помещении больницы было темно и очень холодно. Охранник, дежуривший в ту ночь, мистер Хокли, бродил по несколько мрачным помещениям пустующей больницы, включал отопление и проверял кабинеты.
Странно, но почему — то ему казалось, что кроме него в здании присутствовал ещё кто-то.
Он не знал, кто именно и где, но это дурацкое наваждение не оставляло его всю ночь. Звуки, странные шаги… Кто же это мог быть? Больница пустовала: здание было подготовлено к сноске, но начальство все же настояло на его охране. Вот и приходилось в полумраке и ужасном холоде сторожить никому уже не нужную, старую Спринфилдскую больницу, в которой все же еще оставались некоторые просроченные медикаменты и оборудование.
Странные, тихие и в то же время ужасающие звуки откуда-то издали донеслись вновь. Хокли содрогнулся. По его довольно мускулистому телу пробежал легкий холодок. В голову полезли дурные мысли. Грабитель? Но чем же в таком случае привлекла его внимание старая как свет больница?! Значит, это был не грабитель. Но кто? Парень решил разобраться.
Взяв в руки маленький карманный фонарик и накинув теплую куртку, он поднялся по длинной лестнице на второй этаж, откуда, по его мнению, и доносились эти душераздирающие звуки.
Двадцатипятилетнему парню по имени Хокли, который уже, тем не менее, многое повидал на своем коротком веку, не было страшно. Он был уверен, что эти чертовы звуки были ничем иным, как простой игрой ветра, дующего в открытые рамы окон. Но, несмотря на это, он передвигался по темному коридору здания очень осторожно и тихо, без малейшего шума.
Звук повторился, и на этот раз он был громче и яснее, как будто его источник находился где-то неподалеку. Хокли прислушался. Что же это, в конце-концов, такое?! Ответить никто не мог.
Было 4 часа утра. Он дошел до конца коридора, и уже было хотел развернуться и уйти, как увидел свет электрической лампы в самом последнем кабинете на этом этаже. Раньше там находилась реанимация.
Дверь этого кабинета была приоткрыта, хотя Хокли точно помнил, что все двери здания были закрыты им самим накануне. Ему хотелось громко выругнуться, но он воздержался и погасил фонарик, который позже выпал у него из рук и с шумом разбился о бетонный пол.
Нерешительными шагами молодой охранник приблизился к двери открытого кабинета и осторожно вошел туда. Через мгновение он оторопел. По спине пробежал неприятный холодок.
Прямо по середине, на старом операционном столе без всяких движений лежала странная детская кукла из темно-коричневой, прогнувшейся во многих местах пластмассы, в черном старом платье. Что-то вроде гримасы злости было отпечатано на лице этой куклы, чьи глаза через минуту вдруг засветились ярким красным светом. Хокли было почувствовал ее дыханье; пластмассовая рука вдруг зашевелилась, ставший уже ярко-выраженным гневный взгляд устремился на него и на минуту словно парализовал; он хотел бежать, но не мог, тело просто перестало слушаться, давая возможность лишь наблюдать.
Тем временем кукла полностью ожила, вставая со стола и приближаясь к беспомощному охраннику. Через несколько мгновений ее холодные как смерть руки уже сжимали его шею.
Минутой позже кроваво-красные огоньки куклы погасли в глазах Хокли, и он почувствовал, что умирает. Вся его короткая жизнь промелькнула в голове за несколько секунд, как кадры фильма.
Это продолжалось до тех пор, пока его сердце не перестало биться.

Глава вторая
Сара Реммит

…Открылась дверь магазина, и оттуда вышла красивая девушка лет двадцати, с длинными черными волосами. Весело улыбаясь и напевая себе что-то под нос, она быстрыми шагами направлялась на автобусную остановку. Хорошее настроение этой девушки по имени Сара Реммит можно было объяснить, ведь сегодня она подписала контракт с самим Бобом Каунтером на написание второй своей книги о любви.
Первый роман о приключениях и подвигах Норы Осман читатели просто проглотили на одном дыхании, и тем самым ее книга выдержала тираж в 100,000 тысяч экземпляров. Теперь, приступая к продолжению, ей нужно было постараться не ударить лицом в грязь, и оправдать возложенные на нее большие надежды директора типографии Боба Каунтера.
Сама Сара начала писать в пятнадцать лет. Ее семья всячески способствовала этому таланту. И вскоре поступив в колледж, ее небольшие рассказы печатались в местной Спринфилдской газетенке.
В данное время она спешила навестить свою подругу Мери Браун, которая была ее лучшей собеседницей и советчицей.
На улице стояла невыносимая жара, и очень хотелось пить. Она решила немного освежиться, и зашла в первый попавшийся магазин, где продавались прохладительные напитки. В сухом, жарком и темном помещении магазина ей неожиданно стало плохо, из носа пошла кровь, в глазах потемнело. И никто из многочисленной толпы людей не обратил на это никакого внимания.
«Солнечный удар», — подумала про себя Сара и достала из кармана сумочки носовой платок. Ей часто приходилось переживать такие неожиданные трудности со своим здоровьем на солнце.
Очень странно, но через минуту у нее стала раскалываться голова. Сара вдруг почувствовала, что сознание начинает ее покидать. В глазах совсем потемнело, и, наконец, полностью потеряв контроль над собой, она упала на холодный мраморный пол злополучного магазина…
…Сара очнулась оттого, что кто-то тихонько тряс ее за плечо, которое до сих пор ужасно болело. Какой-то незнакомый ей человек в белом халате направил луч света прямо ей в глаза. Зажмурившись, она негромко, но с некоторой ненавистью в голосе, произнесла:
— Нет, не нужно этого, не нужно!
— Вы очнулись! — с нескрываемой радостью ответил ей доктор Кэрелл. — А вот продавец в магазине сказал мне, что вы умерли. Довольно смешно!
Саре сейчас было не до смеха. Оглядев свою палату, а затем и доктора, она спросила:
— Где это я вообще? Что со мной произошло?
— Не волнуйтесь, с вами все хорошо. Просто небольшой солнечный удар. Вы находитесь в Спринфилдском госпитале Святой Анны.
— Как же я сюда попала, а? — казалось, вопросам Сары не было никакого конца.
— Неужели вы ничего не помните?! — склонившись над своей пациенткой, спросил доктор Кэрелл. И получив в ответ лишь растерянное отрицание Сары, продолжил: — Ну что ж, вы потеряли сознание в магазине. Видимо, очень торопились.
— Да, нужно было.
— Неужели нельзя было поехать на такси?
— Я, кстати говоря, и спешила на остановку, — отговорилась Сара, вставая с кровати.
— Вам ни в коем случае нельзя вставать! Только постельный режим!
— Извините доктор, но очень спешу. — Сказав это, она быстрыми шагами направилась к выходу, оставив тем самым пожилого доктора ни с чем.
— И поменьше будьте на солнце! — только и успел выкрикнуть он столь стремительно отдаляющейся пациентке по имени Сара.

Глава третья
Неприятное утро

…Наступило утро.
Солнце уже давно выглянуло из-за горизонта, и озарило светом здание старой Сприндфилдской больницы, которое еще так недавно находилось в кромешной тьме.
Было 8 часов утра, и охранник, дежуривший в эту ночь, мистер Хокли, должен уже был отдать ключи от ворот сменщице Керри Голдсмитт, но почему-то, пока не появлялся.
Девушка, громко стучащая в главную дверь, начала волноваться. Так и не дождавшись от Хокли ответа, она поспешила к «черному ходу», который находился на другой стороне здания.
Дверь этого самого «черного хода» к счастью, была открыта, и Керри, соблюдая осторожность, медленными нерешительными шагами вошла в здание.
Крикнув еще пару раз имя охранника, она направилась по коридору в фойе, где и должен был он находиться.
Распахнув преградившую ей путь дверь, Керри оказалось в фойе, но Хокли она там не обнаружила. Зато его куртка, сигареты и ключи от здания лежали на столе.
Увидев все это, девушка даже как-то заволновалась, нерешительно взглянула на старую серую лестницу, ведущую на второй этаж, и, подавив в душе некий затаившийся холод и страх, все же решила пойти поискать его там, где, в принципе, он не должен был находиться.
Быстрыми шагами она поднялась по старой мраморной лестнице на второй этаж, и, как только очутилась там, почувствовала странный холодок, пробежавшийся по ее нежной молодой коже.
Керри уже была готова в ужасе вскрикнуть, но, обернувшись, ничего кроме пыльной картины, висевшей на стене, она не увидела.
— Слава Богу, — подумала про себя Керри и продолжила эту при-неприятнейшую «прогулку» по старому как свет зданию больницы.
Завернув за угол, она крикнула имя Хокли, и попросила его, если он слышит, прекратить эти дурацкие игры в «прятки».
Ответом ей стал лишь какой-то очень странный шум, донесшийся откуда-то из глубины длинного коридора…
…Несмотря на весеннее яркое солнышко, довольно-таки тепло пригревающее своими лучами, в помещении больницы было ужасно холодно, и Керри, находясь здесь всего-лишь 15 минут, ужасно замерзла.
— Хокли, — вновь и вновь громко повторяла она это имя. — Отзовитесь же! Вы тут?
И уже в который раз никто, кроме легкого непонятного шума, не отзывался.
Наконец, плюнув на все и решив, что Хокли давно уже дома, она поспешила вниз, приступать к работе. Не целый день же искать этого придурка!!!
Керри уже было дошла до лестницы, ведущей на первый этаж, как ее внимание привлек тусклый свет, горевший в старом кабинете реанимации.
«Что это…» — подумала про себя она и почувствовала, как холодный ветерок страха быстро прокатился по ее телу.
Решив не гадать, она направилась в этот кабинет.
Ее крайне удивил тот факт, что там горел свет, ведь все лампы и другие источники света уже давно были вывезены из кабинетов, тем более, из кабинета реанимации…
Оказавшись ближе, Керри увидела, что дверь реанимации была открыта. В таком случае, кто же там находился?
Заглянув в нее, девушка увидела стол, стоявший посередине комнаты, и какого-то человека, лежащего на нем.
Свет электрической лампы не давал возможности разглядеть лицо, и тогда она подошла ближе… еще ближе… Но… нет!!! Кто там?!!
Узнав знакомое ей лицо, Керри издала душераздирающий крик.
Прямо перед ней, мертвым, с синяками и ушибами, весь в крови, и распоротым животом, лежал тот, кого бедная девушка Керри Голдсмитт разыскивала уже целый час.

Глава четвертая
В затаенной комнате

…Молодая девушка по имени Сара Реммит только что покинула ворота госпиталя Святой Анны. Находясь в довольно-таки измученном состоянии, она спешила на остановку для того, чтобы поскорее увидеть свою подругу Мэри и все ей рассказать.
Хотя Сара и сама еще не могла толком объяснить, что же на самом деле с ней произошло в этом злосчастном магазине.
Дойдя до автобусной остановки, она присела на стоящую рядом лавочку и достала из своей темной сумочки пачку золотистых таблеток. Проглотив две, Сара быстро встала и поспешила на подъехавший только что автобус.
В салоне автобуса ей снова стало плохо. В глазах появился белый туман и не давал возможности что-либо перед собой видеть. После этого вдобавок страшно начала раскалываться голова, и, несмотря на выпитые ей две таблетки аспирина, Сару даже начало сильно тошнить.
Не помня себя, она поспешила к выходу, но неожиданно поскользнулась и, упав, потеряла сознание.
…Очнулась Сара в каком-то мрачном, незнакомом ей месте. Приподняв голову, которая до сих пор ужасно болела, она сонно окинула взглядом все помещение. Тумана перед глазами уже не было, хотя все равно виделось, да и соображалось, очень плохо.
Сара еще раз со страхом осмотрелась. Она лежала в центре просторной, едва освещенной комнаты. Уходящие вверх колонны были обвиты каменными змейками; они поднимались до теряющегося во мраке потолка и отбрасывали длинные черно-красные тени сквозь странный коричневый сумрак.
Сара вслушалась в холодную тишину. Не затаился ли кто-нибудь в темном углу за колонной? Не наблюдал ли кто за ней в эти минуты? И как вообще она здесь оказалась?..
От этих дурных мыслей ей стало особенно жутко и страшно. Сердце ее неистово стучало.
Девушка, наконец, попыталась встать. Она со страхом, медленными шагами двинулась между колонн вперед. Каждый ее шаг отзывался эхом от перечеркнутых тенями стен. Девушка прищурилась, готовая плотно сомкнуть веки при малейшем движении. Призрачные черно-красные статуи каменных змей, казалось, следили за каждым ее движением.
За последней парой колонн, у задней стены, возвышалась огромная, до потолка, статуя.
Сара запрокинула голову, гигантское лицо над ней с суровой гримасой злости и ненависти принадлежало неизвестной древней кукле.
А внизу, в самом конце, между двумя последними колоннами, она заметила маленькую расплывчатую фигуру человека.

Глава пятая
Таинственный незнакомец

Высокий, темноволосый мужчина стоял, прислонившись к ближайшей колонне, и наблюдал за бедной, перепуганной до смерти девушкой. Контуры его фигуры были странно расплывчаты, словно Сара видела его сквозь мутноватое стекло.
— К…кто в…вы? — еле шевеля губами проговорила она, вглядываясь в незнакомое лицо.
Вместо ответа мужчина приблизился к ней на несколько шагов, так, что бы она смогла разглядеть его суровое лицо, на котором секундой позже появилось некое подобие улыбки.
Сара в оцепенении ждала. Хотя и сама не понимала, чего именно.
— Кто вы?… — немного громче и увереннее, но с тем же плохо скрываемым страхом в голосе спросила она незнакомца, приблизившегося к ней еще на пару шагов.
Внезапно что-то произошло и, словно по взмаху руки мужчины, большая темная комната озарилась ярким светом, а многочисленные огоньки в глазах каменных змей наполнились красно-желтыми огнями.
Сара в ужасе обернулась назад и увидела, что все эти змеи ожили, медленно сползая со своих колонн. Пустая и страшная комната вдруг налилась разными звуками, светом и тихими движениями вокруг.
Таинственный незнакомец неожиданно приблизился к девушке почти вплотную, она испуганно метнула свой взгляд на него, медленно разглядывая его черные как ночь глаза.
Мужчина не шелохнулся. Сара, напрягшись, с трудом закрыла веки, в глубине души надеясь проснуться, и позабыть весь этот, чудовищный кошмар.
Через минуту она подняла глаза — незнакомец по-прежнему наблюдал за ней, не сводя своего пристального взгляда. Улыбка скривила углы его маленького рта.
— Да кто же вы такой?!!! — не выдержала девушка, с ненавистью крикнув на весь зал.
— Успокойтесь, Сара Реммит, — тихим замогильным голосом прошептал, наконец, он, продолжая смотреть на нее своим холодным, гипнотизирующим взглядом.
Сара была крайне удивлена.
— Откуда вы знаете мое имя? — подозрительно спросила она.
— Я знаю о вас все, Сара Реммит, — таким же странным, тихим голосом произнес незнакомец.
Улыбка на его лице стала шире.
— Как…как это все?… — ошеломленно бросила она ему, отойдя на шаг назад.
Таинственный незнакомец в черном костюме продолжал смотреть на Сару как-то странно и гипнотизирующе.
— Вы избраны, Сара. — ему явно нравилось говорить сплошными загадками. — Именно вам досталась эта опасная задача.
— К…ка…какая з…задача?… — девушка едва не лишилась дара речи. — О чем это вы говорите? И как, черт побери, я здесь оказалась? Объясните же мне!
— Я же сказал вам, успокойтесь, — продолжал, как ни в чем не бывало, мужчина.
— Скоро вы узнаете ответы на все интересующие вас вопросы.
— Да о чем же вы говорите? Я ничего не понимаю!!!
Незнакомец расхохотался леденящим хохотом, дико не соответствующим облику тридцатилетнего мужчины. От его хохота у Сары на голове зашевелились волосы.
Каменные змеи подползли к нему, и обвили его тело с ног до головы, яростно шипя.
— Вам смешно? — тихо, и в то же время гордо произнесла девушка, всматриваясь в сияющую белизной улыбку мужчины.
— Ну что вы, отнюдь, — спокойным, и все тем же замогильным голосом прошеп-тал он, перестав громко смеяться. — Просто вы крайне не похожи на человека, способного уничтожить адское отрепье.
— Адско… Кого?… — в глазах Сары снова появился белый туман.
— Успокойтесь Сара Реммит, успокойтесь. Вы избраны Силами Добра для того, чтобы уничтожить одного древнего духа, вырвавшегося на свободу после многих тысячелетий заточения в этой Затаенной комнате.

Глава шестая
Ответы на все вопросы

Слова, только что сказанные таинственным незнакомцем, повергли девушку в глубокий шок. Жить нормальной, счастливой жизнью, а потом в один прекрасный день вдруг узнать, что ты должна уничтожить какого-то древнего чудовища — новость не из приятных.
Она стояла возле колонны, готовая потерять сознание и упасть на холодный мраморный пол. Сара явно не была готова услышать такую «правду».
— Знаю, знаю, для вас, Сара, это шокирующе, — печально проговорил мужчина. — Но другого выхода у нас, к сожалению, нет. Мы просто вынуждены прибегнуть к помощи земных смертных. Наши силы, я имею ввиду силы Добра, здесь совершенно бес- полезны.
— А почему, — пришла в себя Сара, взглянув на своего собеседника. — Почему т…так?
— Это чудовище, дух умершего слуги Сатаны, — продолжал он — Много лет назад этот дух по приказу своего Господина терроризировал простых смертных людей, мы называем их обывателями, убивал их и вселял ужас в каждого, кто не мог ему противостоять. В конце-концов нам удалось его остановить и заточить в специально отведенную для этого чудовища Затаённую комнату. — Он обвел руками все помещение — Именно здесь мы сейчас и находимся. Но недавно, после трех тысячелетий заточения, ему удалось освободиться и скрыться. Мы надеялись, что он не найдет вход в ваше измерение, но увы, это произошло. Он оказался умнее нас, и принял облик того, кого мы уничтожить не можем.
Сара внимательно следила за его губами.
— Кого…кого же?… — быстро спросила она.
— Он принял облик куклы, — тихо ответил он. — Простой детской пластмассовой куклы, которая олицетворяет детскую радость, и которой мы не можем причинить боль, так как поклялись оберегать все доброе и живое…
— Что за чушь!!! — прикрикнула Сара, вставая с пола. — Вы, такие сильные парни, не можете уничтожить обыкновенную куклу?!!
— Да, не можем, — признался незнакомец. — Мы не можем нарушать Правила, которые писаны для нас с самого начала. Если кто-нибудь из нас попытается нарушить их, во всех измерениях начнется хаос, высшие силы разгневаются, и тогда и нам, и обывателям придется очень, очень несладко!!! Нужно понять это, Сара, понять.
— И что?… — страх Сары мигом испарился.
— Мы не знаем. Точнее, не знали, — он повернулся немного вправо так, что девушка смогла разглядеть все его лицо. — Но… в голове у меня блеснула гениальная идея! — Мужчина немного улыбнулся. — Эти правила не касаются вас, обывателей. Именно простые люди типа тебя, Сара ( он перешел на ‘ты’ ) могут без всяких опасений уничтожить это чудовище… — в глазах незнакомца блеснул яркий огонек.
— Вы поручаете, мне, простой девушке, «обывателю», уничтожить настоящее адское чудовище? — Сара явно иронизировала. – Позвольте же узнать, как я это сделаю?
Незнакомец до этого все время улыбался. Но сейчас улыбка сползла с его лица.
— Я все предусмотрел, Сара. — он посмотрел ей прямо в глаза. — Своими возможностями я наделю тебя силами. Специальными силами. Кстати, о таких ты даже и мечтать до этого не могла.
— О да, признаюсь: не мечтала как-то. И что же произойдет после этого?
— …Затем я отправлю тебя в убежище Куклы. Она скрывается в идущей под снос Спринфилдской больнице. Кстати, уже имеются жертвы. Злосчастный дух, вселившийся в Куклу, убил охранника… Некого Мистера Брауна Хокли. Так что ты должна быть очень осторожной.
— А… — Сара помедлила. — Есть ли риск?…
— Риск? — он улыбнулся. — Сара, да я вообще не надеюсь вновь увидеть тебя!
Девушка после этих слов почти побелела. Сердце ее облилось кровью.
— То, что я сейчас произнес, у вас называется шуткой. — поспешил успокоить ее мужчина. — Но… все же определенный риск, конечно, есть. Кстати, можешь звать меня Странник.
— Это твое имя? — она утирала нагрянувшие слезы.
— Так зовут меня остальные. Но настоящее мое имя неизвестно никому. — Он присел на колени и проговорил немного громче: -Приготовься, Сара. Это будет очень опасно. Но ты Избранная. Глядя на твои романы о подвигах и приключениях Норы Осман, мы решили, что именно ты сможешь уничтожить этого опасного ‘преступника’.
— О… Господи. Да написать можно о чем угодно, — она попыталась выдавить улыбку. — Гораздо труднее это выполнить.
— Я уверен, что ты выполнишь, — сказал Странник.
После этого яркий свет в Затаённой комнате выключился, и Сара, сама того не ожидая, потеряла сознание. В очередной раз.

Глава седьмая
Наделенная силой

Ничего не понимая, Сара Реммит, простая американская девушка, всматривалась в холодную темноту. Ее пугали неизвестность, страх перед собственной смертью. Она до сих пор не верила ни в таинственного незнакомца, ни в ту, казалось бы, сказочную страшилку про куклу, которую она якобы должна убить.
Она пыталась убедить себя в том, что это всего-лишь плот ее бурного воображения. Но как-то не получалось. В мыслях постоянно присутствовали эти странные черные глаза незнакомца, и Сара, сама того и не желая, верила этим глазам.
Вдруг где-то в темноте она уловила яркую вспышку света. Свет находился где-то вдали, и в тоже время, совсем рядом. Сара не могла уловить его источник.
В следующую секунду мгла озарилась полностью, и девушке пришлось зажмурить глаза от яркого света.
А когда Сара открыла их, то увидела Странника. Он держал в руке маленький фонарик, и, улыбаясь, мило на нее смотрел. Сара в ответ изобразила на своем лице глубокое недоумение, будто видела незнакомца первый раз в жизни.
Через пару секунд Странник подошел к лежащей на кровати Саре и, продолжая все также нежно улыбаться, протянул ей свою руку.
— Вставай, Сара, нам пора, — тихо прошептал он.
— Что со мной произошло?.. — сонным, недоумённым голосом ответила она ему.
Странник быстро изменился в лице, изобразив гримасу невинности.
— Извини, мне пришлось на время лишить тебя сознания для перехода в другой временной континиум. Если бы я этого не сделал, ты испытывала бы ужасную боль при прохождении через врата. Поверь, это было необходимо.
Сара встала и, испытывая некоторое головокружение, пошла вслед за Странником. Они шли по узкому темному коридору, конца которого, также как и его начала, не было видно. То и дело где-то по сторонам раздавались словно из неоткуда странные звуки и голоса.
Саре от всего этого становилось очень жутко.
Вскоре вдали показался яркий белый свет. Увидев его, Странник остановился, и, повернувшись к Саре, тихо произнес:
— Мы уже близко. Скоро ты окажешься в заброшенной больнице. Я останусь снаружи, а ты должна будешь незаметно для Куклы проникнуть в ее логово и уничтожить. Это кабинет реанимации, не забудь. Он находится на втором этаже. И помни — ты наделена особой силой, которой я тебя наполнил. Ничего не бойся и смелей иди в бой. У тебя все получится!
— Но… — Сара не верила ушам, — Каким образом я ее смогу убить? У меня нет оружия! У меня ничего нет! О какой силе ты говоришь?
Странник подошел к ней поближе, в его темных глазах блеснул красный огонек.
— Не волнуйся, я дам тебе оружие. — В его руках появилась странная вещица, напомнившая Саре небольшой шар для боулинга с четырьмя черными отверстиями.
— Что это? — спросила она.
— Это твое оружие. — он протянул ей его. — Не буду говорить, как оно называется. — Твоя задача будет состоять в том, чтобы, проникнув в реанимацию, ты бросила эту милую штучку под пластмассовые ноги Куклы. И немедленно бежать. Это очень важно: сразу беги. Потому что ультра-красный лучевой поток сверхчувствительной энергии запросто сможет убить и тебя. Видишь вот эту синий сенсор, — он указал ей на “пусковик” — коснешься его и убежишь. У тебя будет на все про все только три секунды. Я надеюсь, ты уложишься. И вот еще что: временная воронка между нашими мирами будет открыта только 1 час. Ты должна успеть. Ты сильная, Сара. Поверь мне.
— Хотелось бы в это верить, — она взяла в руки тяжеловатый шар.
— Значит, проблем нет. — Он загадочно улыбнулся. — Просто поверь.

Глава восьмая
Проникновение

Они все ближе и ближе подходили к временной воронке. Ее ослепительный яркий свет обжигал Саре глаза, а холодный ветер, дующий изнутри, невольно заставлял бояться все сильнее и сильнее.
С каждым шагом сердце ее сильно сжималось, обливаясь кровью, и она чувствовала, что вот-вот не выдержит… Слишком велик был страх перед таинственной неизвестностью, которая таилась по ту сторону этой воронки.
Сара хотела уже было зарыдать, как тихий спокойный голос Странника прошептал ей:
— Вот мы и пришли. Тебе пора.
Белый туман нерушимою стеною предстал перед увлажненными глазами бедной девушки.
— Что… что-что? — не помня себя, произнесла Сара.
— Мы уже здесь. Дальше должна идти только ты одна, — повторил он ей. — Перешагнув через воронку, ты окажешься в больнице, где должна будешь убить эту куклу. Неужели ты позабыла наш план?
— Нет, не забыла… Я просто сильно волнуюсь.
— Сара, запомни: я наделил тебя неземной силой! Ты очень, очень, очень, очень сильная и выносливая девушка, пойми это, наконец, Сара. Тебе нечего бояться!
Он повысил голос, но, видя, что этим только вредит девушке, сразу успокоился.
— Ты все поняла? — продолжил Странник своим обычным, тихим и спокойным голосом. — Вот, держи свое оружие, — он протянул ей необычный шар. — Не забудь, касаешься синего сенсора и бросаешь в сторону Куклы. А затем быстро бежишь к воронке!
— Я усекла.
— И вот еще что. Помни — это существо не просто ожившая пластмассовая игрушка, это настоящее зло. Так что будь предельно осторожна. Передвигайся по зданию больницы бесшумно, затаив дыхание.
— Надо же! А я хотела побегать с барабанной установкой, — она даже нашла в себе силы съязвить Страннику.
И вдруг воронка наполнилась темно-зеленым свечением, ее круговые движения усилились раза в два, а изнутри подул уже не ветер, а настоящий ураган.
— Что это? — в испуге крикнула Сара, отбежав в сторону на пару шагов.
— Спокойно, это открылась сама временная воронка, то есть проход между нашими измерениями. Она продержится только 1 час. Ты должна успеть. Поспеши!
Сара перекрестилась и, взглянув на Странника так, будто бы делала это в последний раз, ринулась в центр огромного вращающегося шара. В этот момент она испытала нечто непонятное, неземное, нереальное. Словно бы тысячи ледяных кинжалов разом вонзились в ее нежное хрупкое тело…
Находясь внутри, Сару постоянно преследовал яркий желтый свет, она зажмурила глаза, а когда вновь их открыла, то увидела совершенно незнакомую обстановку.
Девушка огляделась. В нос сразу же бросился специфический запах медицинских препаратов. По сторонам большой комнаты стояло несколько операционных столов и много инструментов, где-то в углу капала вода из старого заржавевшего умывальника. Большая входная дверь была приоткрыта.
Решив не терять драгоценного времени, девушка быстро, но, соблюдая большую осторожность, зашагала в сторону этой двери.
Дойдя до нее, Сара аккуратно выглянула и осмотрела длинный мрачный коридор. Освещения в больнице, по видимому, не было. Не заметив ни какой преграды, она вышла из кабинета и направилась вперед. В руках бедная девушка судорожно сжимала свое оружие.
И только Сара оказалась в коридоре, как до ее ушей откуда-то сверху донеслись непонятные, очень тихие звуки, нечто отдаленно напоминающие смех…
Мороз в ту же секунду вихрем пробежал по телу Сары. Она остановилась, не зная, что делать.
Звуки повторились вновь. И еще, и еще, и еще. Им не было конца.
Чтоб хотя бы как-то себя успокоить, она внушила себе, что это просто ветер, дующий из полу-разбитых стекол окон.
Реанимация, по словам Странника, находилась на втором этаже. Значит нужно найти лестницу и поскорее отыскать этот проклятый кабинет.
Внимание Сары было обращено на разбитые лавочки и стулья, разрушенные палаты и валяющиеся на бетонном полу стекла, двери и прочий мусор. Лестница, которую Сара обнаружила немногим позже, тоже была завалена этим барахлом.
Наконец, она поднялась. В самом конце темного коридора находилась реанимация. Дверь кабинета была открыта, а внутри горел тусклый желтый свет. Это работала электрическая лампа.
Сара, вооружившись могучим шаром, уверенными шагами приближалась к своей цели. Холодный ветер зашевелил ее длинные черные волосы.
Сердце сильно колотилось, волнение, и страх до краев наполнили ее душу.
Дойдя до серой, деревянной двери кабинета реанимации, Сара остановилась. Мысли не давали покоя, руки сильно дрожали. Но она была сильной. Она должна была убить чудовище. И она смогла.
Дотронувшись до ручки, Сара распахнула дверь.

Глава девятая
Встреча с Куклой

Первое, что бросилось в глаза Саре, когда она туда вошла, был большой операционный стол, находящийся посередине комнаты, и незнакомый ей человек, который лежал на этом столе.
Девушка содрогнулась, увидев эту ужасную картину. Она быстро осмотрела помещение; Куклы в ней не оказалось. Это ее не сильно разочаровало.
Секундой позже Сара еще раз взглянула в сторону лежавшего незнакомца. Подойдя поближе, так, чтобы свет электрической лампы осветил его лицо, она присмотрелась… А затем чуть не вскрикнула.
Истерзанный, изуродованный, исцарапанный мужчина с застывшей гримасой ужаса на молодом лице. Сара быстро отвернулась. Кто это, и за что его так?…
Не в состоянии больше терпеть и видеть всё это, перепуганная девушка почти с визгом вылетела из реанимационной.
Ей было все равно, Кукла в здании, наверное, уже не находилась.
Но…
Сара остановилась. Впереди кто-то стоял… Маленькая черная фигурка на черном фоне напоминала силуэт человека. Этот кто-то сначала стоял на месте, наверное, изучая Сару, а минутой позже начал движение в ее сторону.
Девушка сжала в руках свое оружие, указательный палец положила на синее подобие кнопки.
Свет электрической лампы осветил лицо незнакомца, когда тот подошел почти вплотную к ней. Сара после этого пришла в окончательный ужас… Это была она. Кукла. Ярко-красные огоньки, вырывающиеся из ее маленьких круглых глазок, разом парализовали все тело бедной напуганной женщины.
Сара очень хотела бросить оружие Кукле навстречу, но не могла этого сделать. Тело ее не слушалось. Руки не двигались.
В следующую секунду шар выпал из рук Сары и, сильно ударившись о пол, стремительно покатился по лестнице вниз.
Кукла же, будто не заметив это, продолжила свое устрашающее движение в сторону девушки. Пластмассовые руки врага зашевелились, на оранжевом лице нарисовалась стеклянная гримаса злой улыбки. Сара уже почувствовала ее хриплое дыхание.
В следующую секунду произошло то, что, по мнению девушки, произойти ну никак не могло. Откуда-то издали, на противоположной стороне коридора раздался ясный, громкий женский голос:
— Не тронь ее, ублюдок! Я здесь.
После этого Сара почувствовала, что скованность в теле понемногу начала проходить. Огоньки в глазах Куклы стали угасать, и она, воспользовавшись этим, со всех ног ринулась по лестнице на первый этаж.
Пластмассовая голова куклы повернулась. Существо явно замешкалось, не зная, кого преследовать: то ли Сару, то ли вторую неизвестную женщину.
Развернувшись, полуметровое зло направилось за убегающей Сарой. Девушка направлялась в полуподвальное помещение. Кукла двигалась за ней. Неожиданно кто-то сзади метнул в спину врага маленький, но очень острый скальпель. Он проткнул Кукле все тело и кончиком лезвия показался из живота.
Кукла, издав звук, издали похожий на истошный хрип, повалилась на бетонный пол.
Сара обернулась. В пяти метрах от нее стояла незнакомая женщина. Красивая, с короткими окрашенными в белый цвет волосами, в черной кожаной куртке, она стояла и внимательно разглядывала Сару. Та в свою очередь также проделывала тоже самое.
После минутного молчания незнакомка, подойдя поближе, тихо спросила:
— Кто ты?
— Меня зовут Сара Реммит. А-а вы? — удивлению девушки не было конца.
Незнакомка приблизилась еще на пару шагов, внимательно осматривая Сару.
— Я охранник этого здания, Керри Голдсмитт. Как ты здесь оказалась? Все входы и выходы больницы были заперты этим адским чудовищем… Чтоб его…
— Это длинная история. Если сказать коротко, то я здесь, чтобы убить эту Куклу… Хотя, ты, наверное, его уже убила. — Сара решила перейти на «ты».
Керри взглянула на лежавшую на полу Куклу и усмехнулась.
— Эту тварь невозможно убить. Через пару секунд она очухается. А… интересно, как ты думаешь ее уничтожить? И все же… откуда ты?
Сара подошла по ближе.
— У нас мало времени. Ты, Керри, конечно можешь посчитать меня сумасшедшей, но мне дано только час. Час на уничтожение Куклы. А осталось уже, наверное, только половина.
— Я ничего не понимаю! Это что, игра такая? На время? Реалити-шоу?
Сара взяла свою «подругу» за руку и быстро потащила ее к лестнице.
— Где-то здесь я потеряла свое оружие. Понимаешь, мне дали задание убить этого существа. Убить его можно только этой странной штукой.
— Чем?
— Круглым устройством с синей кнопочкой — ответила Сара. — Я же сама его увидела впервые. А потом потеряла. Он выпал у меня из рук, когда Кукла околдовала меня своими глазами… Шарик где-то здесь… Помогай мне, пожалуйста, найти его… У нас очень мало времени, только полчаса!
Керри смотрела на Сару, как на сумасшедшую. Она ничего не понимала. Как эта девушка проникла в здание? Что за вещь она так тщательно искала?..
— Я потеряла своего друга… — начала Керри печально рассказывать — Уже два дня я пытаюсь убить этого двадцатисантиметрового урода, и все тщетно! Голодная и холодная. Не могу выбраться из этого чертового здания! А ты вдруг появляешься словно из неоткуда и уверяешь меня, что с помощью какого-то шарика сможешь убить Куклу за полчаса?! Абсурд!
— Нет, не абсурд! — громко ответила Сара. — Я сама еще с трудом во все это верю! Еще вчера я жила абсолютно нормальной жизнью! Понимаешь, именно я должна уничтожить Куклу. Мне вручили это оружие, и оно сможет разорвать эту тварь! Поверь мне! Там, на складе работает большая временная воронка. Так вот, она будет открыта только оставшиеся полчаса. Вот почему нам нужно поторопиться! Мы вместе убежим через нее из здания. Нужно только найти шар. Ты со мной или нет? Или быть может, хочешь сгореть в пламени взрыва? Решайся, Керри. Выбор за тобой.

Глава десятая
Решающий удар

— Тут нечего решать, я с тобой! — без промедления ответила Керри и присоединилась к своей новой подруге Саре, которая искала потерянное оружие. Теперь они искали его вместе. Перебирая горы железа и старые деревяшки, по пояс в грязи и пыли, они смогли его отыскать!
Он, черненький, лежал в черном углу на черном фоне стены – странно, что они вообще смогли его найти!
— Вот он! — радостно вскрикнула Сара, держа в руках главный предмет для уничтожения грозного врага. — Теперь Кукле уж точно не отвертеться от нас! Она за все ответит!
— Ты права! А в первую очередь она ответит за смерть моего друга и напарника по работе, бедного Гарри! До сих пор не могу забыть его ужасно истерзанное лицо! — Керри проронила горькую слезу. — Ему ведь было-то всего двадцать пять!..
Ее горькие мысли прервал какой-то звук. Девушки обернулись.
— Что это было? — в оцепенении произнесла Сара.
— Кукла… — живо ответила Керри. — Это Кукла! Она очнулась!!! Быстро бежим отсюда, Сара!!! Кукла ожила!!!
В ту же секунду девушки со всех ног ринулись бежать в сторону подвального помещения.
— Сара, у меня есть ключи от двери подвала! Бежим туда! — крикнула она своей спутнице.
Тем временем ожившая Кукла медленными шагами принялась «догонять» девушек. Яростно шипя и изображая на пластмассовом личике гримасу злости, она с каждой секундой ускоряла свой бег.
— Она нас догоняет! — вырвалось у Сары из груди.
— Осталось совсем ничего! — ответила ей подруга.
И действительно, до серой деревянной двери подвала оставались считанные метры! Но неожиданно из-за поворота показалось призрачное тело Куклы. Своими яркими, злобными кругленькими глазками она с силой обрушила весь свой гнев на Сару, и мощные лучи света, вырвавшиеся из Куклы наружу, стремительно на нее обрушились, вонзившись в тело острыми лезвиями.
Издав крик ужасной боли, бедная женщина рухнула на пол. Шар вывалился у нее из рук и с силой ударился о бетонную стену.
— Боже мой, Сара! Ты жива?!! — Керри быстро подбежала к Саре. Та тихо стонала и что-то бормотала себе под нос. — Не отключайся, эй, подруга! Ты сильная! Слышишь? Слышишь меня?..
Кукла к девушкам подошла буквально вплотную.
— Получай, уродина! — не выдержала Керри и метнула в самое сердце врагу припасенный на складе скальпель.
Этот трюк сработал. Пока Кукла мучилась от болей, Керри быстро подняла Сару на ноги и кое-как довела до подвальных дверей. Распахнув ее, они быстро вошли и заперлись там.
— Сара, тебе лучше?
Она кивнула.
— Болит в спине, но уже не так сильно.
— О… О Боже! — вдруг вскрикнула Керри и взглянула на дверь.
— Что такое? — спросила у нее Сара.
— Я… я забыла ту твою штуку в коридоре! А там Кукла!
— Давай я схожу, — предложила Сара и попробовала встать.
— Сиди! Куда тебе, ты еще слаба! Я сама пойду.
— Но… это очень опасно! Ты можешь погибнуть под лучами этого урода!
— Я знаю. Но если этого не сделаю, погибнем мы вместе. Так что лучше уж я схожу! Я осторожненько.
Она осторожно приблизилась к двери, тихо приоткрыла ее и быстро вышла в коридор. Куклы там уже не было. Зато вожделенный шар спокойно лежал себе в углу. Керри взяла его, направилась обратно в подвал, и в эту секунду Кукла, появившаяся словно из неоткуда, метнула в женщину свой смертоносный луч. Та ловко сумела «сманеврировать» и отскочить в сторону. Затем она быстро вбежала в подвальное помещение, а весь удар пришелся на бетонную стену.
— Что там такое? — спросила лежавшая Сара, когда Керри вошла.
— Ну и дает же эта тварь! Мозги пластмассовые, а соображай есть! Я чуть не лишилась жизни из-за ее луча!
— Я предупреждала!
— А я пять лет занималась йогой и гимнастикой;) Ты бы так сманеврировать не смогла.
— Слава Богу, у нас теперь есть оружие против гада. Нужно поторопиться, времени в обрез, — заторопилась Сара.
— Я знаю, а… а как он работает? — вдруг спросила Керри.
— Запустить эту бомбу не труднее, чем включить телевизор. Нужно нажать синюю кнопку. Вот эту, что-то вроде сенсора, — объяснила Сара.
— Что же, давай вставай, времени у нас действительно не хватает. Пошли ловить нашу куколку…
Они тихо подкрались к двери, Керри посмотрела в глазок. Никого не было.
— Короче, сейчас быстро проникаем в коридор и через холл бежим к складу. Воронка твоя ведь там?
— Именно, — ответила Сара.
— Нужно выманить ее отсюда, это не подходящее место для взрыва. Итак, раз, два, три! Давай!!!
Они быстро распахнули дверь и со всех ног принялись бежать вперед по коридору в холл. Через минуту Кукла бежала вслед за ними.
— Все идет как по маслу! — на бегу выкрикнула Керри.
Сара ей кивнула.
Холл был уже совсем близко, уже виднелась дверь склада, та самая, из которой Сара проникла сюда примерно час назад.
Они быстро забежали на склад и с трудом сумели закрыть большую железную дверь. Кукла вновь осталась ни с чем. Но вот только что замка на этой двери не было.
— Так, Керри, давай бомбу, мы кинем ей ее за дверь, — произнесла Сара и протянула руку.
— Держи, — живо ответила подруга и стала наблюдать.
— Ой, Господи, хоть бы все сработало! — сказала Сара и надавила на синюю кнопку. Она уже хотела открыть дверь и бросить бомбу, как увидела, что эта кнопка отжалась вновь.
— Не… не может… не может этого быть!!! — вскрикнула она.
— Что случилось? — спросила ее Керри. — В чем дело?
— Бомба… она… она не… не работает… Не работает!!! Кнопка должна быть нажатой оставаться в таком положении, а она, видишь, отжимается снова! Что делать?
— Наверное, она поломалась при падении. Эта бомба падала уже два раза! — решила Керри и стала думать, что же делать дальше.
Неожиданно дверь отворилась, и на пороге показалась она, Кукла…
Огоньки в ее глазах яростно горели.

Глава одиннадцатая
Храбрая женщина

Казалось, это был конец.
Две до смерти перепуганные девушки тряслись от страха и не знали, что же делать дальше. Бомба не работала, и Кукла, будто бы зная это, стремительно двигалась в их сторону. Ко всему прочему временная воронка уже начала завершать свой поток: до ее полного закрытия оставалось чуть меньше пяти минут…
— О Боже мой! — взмолилась Сара, отходя на шаг назад. Глаза ее на-полнились слезами. — Неужели мы п-погибнем?..
Керри тяжело вздохнула, и, посмотрев на Сару своим грустным взглядом, тихо произнесла:
— Дай мне, пожалуйста, шар.
Сара приблизилась к ней, удивленно посмотрела, и, запинаясь, ответила:
— За… зач-ч-чем он… он тебе н-нужен?
— Я же сказала, дай. — стояла на своем Керри. — Не понимаешь простых слов?
— Но… но ведь он не работает!
Неожиданно Кукла приблизилась к Саре, Керри быстро подбежала к ней, сильно швырнула тело полуметрового существа в сторону, и резко выхватила из рук своей новоиспеченной подруги оружие.
— Что ты делаешь? Отдай! — крикнула девушка.
— Не отдам! — возразила Керри — Кто-то из нас должен уничтожить эту тварь! Я избрала себя.
— Но мы договорились, что вместе ее убьем? Скажешь, не было?
— Сара, — Керри взглянула в самую глубину ее глаз. — Я останусь здесь и вручную взорву бомбу. А ты убежишь…
Сара от этих слов пришла в ужас. Внутри все разом похолодело, кровь, казалось, тоже превратилась в лед и остановилась.
— Что… что ты ска-а-азала?.. Что ты сказала?!! — кричала бедная девушка.
— То, что слышала. Это единственный способ раз и навсегда с этим покончить.
— Керри, послушай. Мы знакомы с тобой всего час. Но… но за это время ты стала мне настоящей подругой. От рук Куклы ты спасла меня трижды. Пожалуйста, не делай этого! Позволь мне сделать это! А ты останешься жить! Прошу тебя! Пожалуйста!
— Посмотри на себя! — глаза Керри тоже увлажнились. — Тебе же только двадцать! У тебя еще вся жизнь впереди! Я ни за что не дам тебе сделать это!
— Но… — Сара встала на колени. — П-п-прошу…
— Нет. Нет. Нет! — стояла на своем храбрая женщина Керри Голдсмитт.
Она последний раз взглянула на Сару, улыбнулась, и тихо произнесла:
— Рада была с тобой познакомиться. Ты сильная девушка, помни это. А теперь беги. Беги к воронке, видишь, Кукла оживает… Спеши, сейчас здесь будет очень жарко.
— Нет, я никуда не уйду! Пусть мы погибнем вместе!
— Ты с ума сошла! А ну живо беги к воронке! Кому сказала! Старших нужно слушаться, неужели тебя не учили! Давай, Сара, давай! — из глаз Керри не переставая, текли горькие слезы.
— Я повторю, что… я… — Сара потеряла дар речи. — Я… не уй-йду!..
Кукла уже встала на ноги и стремительно подползала к девушкам.
— Посмотри, она уже идет! Давай, Сара, беги! Беги! Ну же, убегай, я нажму кнопку, убегай! Убегай, дурочка, беги! — Керри чуть не надорвала свой голос.
Сара встала с холодного бетонного пола на ноги, и, последний раз взглянув на Керри, спотыкаясь, зашагала к воронке. Та отсчитывала последние секунды.
Еще мгновенье, и она уже нырнула в пучину электронно-временных зарядов. В следующую секунду воронка закрылась. Сара успела.
— Ну вот, Кукла, — тихо прошептала Керри, смотря в глаза монстру. — Мы остались одни. Потанцуем? Я знаю, ты не откажешься! — после этих слов женщина с силой надавила на синюю кнопку и стала ее так удерживать. Теперь осталось только ждать.
Кукла подходила все ближе и ближе, уже протянула свою руку, хотела прикоснуться к лицу Керри, как та, яростно ее, отбросив, с усмешкой сказала:
— Ты проиграла. Умри же!
В следующий момент прогремел сильный взрыв. Вся комната, а затем и здание, наполнились желто-красным огнем. Зазвенели приборы, раз- бились стекла, обрушились стены.
В последнюю секунду своей жизни Керри Голдсмитт увидела рассыпающееся на тысячи мельчайших кусочков тело Куклы. Она этому была несказанно рада. А затем и в ее глазах потух этот ярко-желтый свет, и затихли грохоты бомбы и рушащегося здания…

…Странник все это время стоял в темном коридоре возле воронки и ждал Сару. Для него этот час показался настоящей вечностью. Он уже даже потерял всякую надежду вновь увидеть красивую девушку Сару…
Но в последнюю секунду она появилась. Вся в ссадинах, в слезах, с разбитым и усталым видом на лице. Странник сначала несказанно обрадовался ее появлению, но, заметив ее ужасный вид, немного насторожился:
— Что случилось? — тихо спросил он Сару, когда та стала вытирать наболевшие слезы.
Она же, с презрением взглянув ему в лицо, быстро подошла и со всей силы влепила пощечину.
— Ты еще осмеливаешься спрашивать, что случилось? — гневно отрезала она. — Неблагодарный урод! Ты ведь знал, куда меня отправляешь! Но почему, почему ты избрал именно меня? Почему не сказал, что в здании находилась охранник Керри Голдсмитт? Почему, ответь!
— Клянусь, я не знал… — только и смог ответить ей растерянный мужчина. —
— Я тоже не знала, — продолжала девушка. — И при всей вашей мощи вы, всемогущественные “люди”, выбрали именно меня! Слабую беззащитную девушку!
— Сара, я же наполнил тебя…
— Ерунда! В нашем измерении вся ваша мощь и сила пропадают. И скажешь, ты этого не знал? А ведь именно по твоей вине погибла ни в чем не повинная женщина!
— Какая женщина, Сара? — недоумевал Странник. — Что же произошло?
— А произошло то, что из-за вас умерла Керри. Керри Голдсмитт, охранник больницы. Эта она помогала мне. Это она уничтожила Куклу и погибла сама! Вы, конечно, сколько угодно можете считать себя всемогущественными существами, но вы не сможете вернуть ее к жизни. Ни кто не может этого сделать! Слышишь, ни кто!
Сара, приведя себя в порядок, тихо докончила:
— А теперь верни меня домой, пожалуйста. Мне больше ни минуты не хочется здесь находиться.
— Подожди, я не могу отпустить тебя просто так. — ответил он ей. — Я хотел вручить тебе подарок за мужество и отвагу, за уничтожение вселенского зла.
— Подарок вы должны вручать не мне, а ей, Керри. Это она нажала на сенсор, а по сути, кстати, обычную кнопку; это она убила Куклу и спасала мне жизнь не однократно. Ей вы должны дарить все подарки, ей одной.
— Ну что же, как хочешь, — вздохнул Странник и проводил ее в Затаённую комнату; ту самую, где Сара впервые здесь появилась.
— И все же Сара, большое спасибо за помощь. Мне очень жаль, что так получилось.
— Мне тоже, — ответила девушка и, даже не взглянув в сторону Странника, медленно покинула это измерение через священные ворота.
Странник еще долго смотрел на ее красивую удаляющуюся фигуру. Ему искренне нравилась эта девушка, и он печально сожалел, что все так нелепо вышло.
И именно тогда он понял, что действительно не всемогущ.

Глава двенадцатая
Кошмарный сон

…Она не знала, где находилась, и что с ней в действительности произошло этой страшной ночью. Также она не могла объяснить происхождение тех странных звуков, что раздавались у нее за спиной ежеминутно.
Но одно она знала точно: скоро ее убьют. Убийца уже совсем рядом, она чувство-вала его дыхание, его взгляд, его тайное присутствие где-то за холодной бетонной стеной…
Она находилась в большом темном помещении. Ни окон. Ни света. Ни одного намека на освобождение. Женщина металась из стороны в сторону, пыталась нащупать стену, найти выход их этого странного и холодного помещения. Все тщетно. И холодно. Дрожь постепенно сковывала всё ее тело, движения становились нерезкими.
Вдруг она слышит шум за спиной… Оборачивается, и видит призрачное, искаженное мрачной улыбкой лицо убийцы. Он стоит прямо, ровно, не шелохнувшись. В руке у него маленький пистолет с длинным глушителем на конце ствола. Он приподнимает левую руку, прицеливается, она стоит и смотрит в лицо своей неминуемой гибели. Убийца касается курка, следует пронзительное молчание, и в следующую секунду раздается выстрел. Хлопок, похожий на звук фейерверка…
Она, издав крик сильнейшей боли, оказывается на холодном полу. Сердце в ее груди уже не бьется, а в глазах навечно застыл глубокий ужас. Но через некоторое мгновение сознание вновь возвращается к бедняжке, и жуткая история вновь повторяется. Вновь и вновь. Вновь и вновь. Не было конца тем страшным мукам, что приходилось ей переживать. Но кто она? Кто? Кричит, зовет на помощь… И ни звука не вылетает из ее уст, но она всё равно продолжает кричать…
А убийца по-прежнему рядом. Там, за стеной…

***

— Сара, Сара, ради Бога, помоги мне! Умоляю, помоги! Уже нет сил…

…Из комнаты Сары, находившейся на втором этаже дома, донесся крик. Встревоженные родители в ту же секунду появились там.
— Что случилось?!! – вбегая в просторную комнату, взволнованно спросила миссис Реммит, мама Сары.
— Снова… Снова он… — судорожно прошептала женщина, вытирая слезы.
— Кто снова, скажи, Сара, кто? – Миссис Реммит слышала неистовый стук в груди дочери – Что произошло?
Сара взглянула на стоявших мать и отца.
— Снова этот ужасный кошмар. Мне приснился сон. Кто-то просит у меня помощи. Кто-то умоляет меня помочь… Это женский голос. И темнота… Я тоже нахожусь в
этой темноте, но наблюдаю лишь со стороны… Потом выстрел. И голос. Она кричит, зовет меня по имени. Она знает моё имя! Просит помощи…
— Ну, что ты, Сара, — поспешил успокоить ее отец, мистер Реммит, — Это всего-навсего самый обыкновенный сон, успокойся. А мы-то думали!
— Сон. Да, сон! Но просто сон не повторяется каждую ночь на протяжении вот уже больше двух недель! Это какое-то предупреждение свыше… Точно! Кому-то нужна моя помощь!
Мама улыбнулась и нежно прошептала:
— Если ты не успокоишься и не перестанешь думать обо всей этой ерунде, помощь потребуется тебе. Но уже психиатрическая.
— Ха-ха! Совсем не смешно! – буркнула она, ныряя под теплое одеяло.
— Спокойной ночи, — сказал ей отец, выходя в коридор.
— Спи спокойно, — попрощалась мать.
Сара укуталась в одеяло и перевернулась на правый бок, решив больше не спать, а смотреть в большое окно, вид которого выходил на красивый парк, усеянный желто-красной листвой деревьев. Прохладный осенний ветерок, дующий в открытую форточку, нежно потрёпывал ее густые черные волосы и навевал приятные мысли. Такие осенние ноябрьские ночи она очень любила. Любила она и размышлять. Вот сейчас она лежала и размышляла. О жизни, о работе, о своём двенадцатилетнем сыне Джоне, что на выходные попросился в гости с ночевкой к тёте Маргарет…
Хороший мальчик, неиспорченный «технологиями», подростковыми привычками, поэтому, может быть, он даже какой-то не такой, как его сверстники в этом трудном возрасте, и именно это делало в глазах Сары мальчика особенным, неповторимым… Но главное, что он ее очень любит, а больше в жизни женщине ничего не нужно – только ее сын. Человек, ради которого она каждый день ЖИЛА.
…Думала о своем бывшем муже, которого она по-настоящему любила, а он бросил ее 7 лет назад на произвол судьбы вместе с пятилетнем ребенком и удрал в Италию…
Да, она размышляла, мечтала, планировала. Одним словом, жила…
Работа офисного бухгалтера в небольшой частной компании ей нравилась, хотя за всё время работы, за все 7 лет без мужа она так и не накопила себе на квартиру, поэтому вместе с сыном жила у родителей.
Джон, которого она родила в 21 год, был очень добрым, открытым и светлым мальчиком, а иногда немножко грустным, не по годам взрослым, но очень любящим свою мать. Несмотря на некоторые материальные трудности, которые семья довольно часто испытывала, Джон не чувствовал себя обделенным, потому уж чего-чего, а любви и ласки ему хватало всегда.
Ну, а история со снами, в которых неизвестная женщина умоляет ее о помощи, начались сравнительно недавно, но родителям про них Сара рассказала только сегодня. Поначалу она не обращала на них никакого внимания, считала пустышками, но через месяц они начали серьезно беспокоить женщину, и она начала рассказывать о них своим подругам, которые, в свою очередь, поспешили успокоить ее, объяснив, что ничего общего с реальностью эти сны не имеют. Однако их объяснения на Сару никак не повлияли.
Хлопок, пронзительный звук отстреленной гильзы и, что самое главное, душераздирающие мольбы о помощи – всё это отдавало в ушах даже в реальности. Она никак не могла, а может быть, даже не хотела понять смысл этих снов, повторяющихся с поразительной точностью вот уже второй месяц каждую ночь. Но любопытство оказалось сильнее нее. И она, в конце-концов, решила разгадать эту загадку. Правда и сама не знала, как именно постарается это сделать…

…Наступило утро. Будильник предательски зазвенел в 7 утра и разбудил крепко спящую Сару. Женщина ужасно не любила это дурацкое состояние, в котором она сейчас находилась: еще не окончившийся ночной сон, вперемешку с реальностью и тем, что сейчас творилось у нее в голове, сознании, творили с Сарой что-то совсем невообразимое, превращали жизнерадостную и трудолюбивую женщину в существо, смутно напоминавшего человека и ужасно хотевшего поспать еще хотя бы с часик…
Она сонно опрокинула будильник на пол, повертелась в мягкой постельке еще парочку минут; яркие лучи ослепительного солнца просачивались через большие окна спальни и больно вонзались в глаза женщине, и как она не старалась от них укрыться, ничего не получалось, поэтому единственно верным принятым решением явилось расставание с любимой люлюшкой.
Миссис Реммит уже жарила на кухне аппетитные сосиски. Ее муж, мистер Реммит, ушел на работу еще час назад.
Через некоторое время уже одетая в офисную одежду женщина появилась на кухне, без особого удовольствия села за стол и начала рассматривать свой завтрак.
— Как спалось? – позабыв, казалось, ночное происшествие, спросила мать.
— Ты еще спрашиваешь? – грубо бросила ей Сара и принялась медленно поглощать сосиски.
— Поторопись, уже почти восемь, не то опоздаешь на работу. Ты ведь знаешь, мистер Фримен не любит, когда ты опаздываешь.
Миссис Реммит прекрасно знала обо всём, что творилось и происходило на работе у дочери, а прежде всего обо всём том, что каким бы то ни было образом было связано с ее «злобным» директором.
— Он меня и без того терпеть не может, — тихо ответила Сара и допила горячий кофе.
— И всё же ты сама виновата: со своим начальником нужно быть по мягче, а иначе, — миссис Реммит убрала в мусорную корзину этикетку от колбасы – А иначе проблем не оберешься.
— Ладно, ладно, мне пора, сегодня у меня небольшие проверки на работе, а ты сама знаешь, что я эти проверки совсем не люблю. – Сара быстро встала из-за стола и, чмокнув мать в щеку, развернулась и ушла.
В пороге Сара встретила вернувшегося от тети Джона. Он был в отличном настроении, радость и подростковая беззаботность с особой силой блестели в его больших зеленых глазах, оживленно переливаясь в лучиках просачивающегося сквозь окна яркого солнца. Мальчик собирался идти в школу.
— Ты уже уходишь, мам? – спросил он мать, крепко обнимая ее – Так рано?
— Нет, сынок, я наоборот уже опаздываю, вернусь поздно, уроки сделаешь с бабушкой, — ответила она ему и поцеловала – Поторопись в школу, не то сам опоздаешь. Ладно, я побежала! – и в ту же секунду громкий хлопок входной двери послужил окончанием ее обычного повседневного прощания.
— Хорошо, мам, пока! – крикнул он вслед стремительно отдаляющейся маме.

Глава тринадцатая
Худший день в жизни

…Утро выдалось пасмурное, холодное, на небе сгущались огромные серые тучи, и вскоре в воздухе повеяло дождем. Хотя, в принципе, все шло так, как и должно было идти: серое, скучное и гнусное начало медленно перерастёт в точно такое же продолжение скверного дня, который по всем возможным и невозможным параметрам обещал быть именно таковым… И мерзопакостная погода как никогда хорошо сейчас отражала погоду, навевавшую непроглядную пургу в голове у женщины.
Сара покинула свой дом и быстрыми шагами направлялась в сторону автобусной остановки. Всю дорогу она размышляла о ночном сне. От одной такой мысли ей становилось плохо и глаза будто сами собой наполнялись слезами. По коже пробегала холодная дрожь, когда она вспоминала тот голос, из этого сна… Она пыталась хотя бы что-нибудь понять, но не могла. Ее сознание заполнял звук выстрела.
Так и пройдя почти два квартала, она и сама не заметила, как оказалась в душном салоне автобуса. Ни замечая ни приветствия подруг, ни вообще людей вокруг себя, она медленно погружалась в неизвестную реальность. Совсем не похожую на нашу. Совсем не похожую. И глаза казались как будто бы безжизненными, в них уже не было видно того веселого огонька, всегда присутствующего в них, и от этого взгляд становился очень тусклым, мутным.
— Она, наверное, не выспалась, — с улыбкой замечали некоторые.
— Не с той ноги встала, — иронично поддерживали другие, смотря на Сару и совсем ее не понимая.
Сама же женщина не слышала своих коллег. Ей было всё равно: к их словам она не прислушивалась. Да и просто не могла этого сделать: перед глазами то и дело появлялось это мрачное черное помещение, в котором было ужасно холодно.

Первая проверка отчетов Сары была назначена комиссией на девять утра. Женщина неохотно прошла в свой кабинет, села за свой стол и стала приводить бумаги с отчетами в порядок.
Вошедшая в кабинет Мери, помощник директора, как-то даже не узнала в подруге прежнюю Сару.
— Привет, — с удивлением произнесла Мери, смотря на женщину удивленным взглядом и ничего не понимая – Ты что, плохо спала?
Сара развернулась и, посчитав слова грубой насмешкой, сухо ответила:
— Нет, а что? Так плохо выгляжу?
— Бог с тобой, Сара, — сразу же отмахнулась та – Сегодня же счастливейший день в твоей жизни: если проверки пройдут без шума и проблем, ты будешь повышена! А у тебя такой вид, будто бы тебя увольняют.
«Совсем наоборот: это мой худший день» — хотела было ответить женщина, но, передумав, тихо сказала:
— Передай, пожалуйста, те бумаги. Вон, на столе.

…В половине девятого началась планерка.
Сара, конечно же, не слушала мистера Фримена. Она лишь тупо смотрела в открытые окна, ничего перед собой не видя; засыпала, затем снова смотрела, а потом вновь засыпала и вновь смотрела… Так продолжалось вплоть до самого конца планерки.

…День медленно тянулся к вечеру, проверки сменяли одна другую.
Настало время уходить домой. Сара сегодня была этому необыкновенно рада.
— Всё хорошо, Сара, всё очень хорошо! Сейчас ты придешь домой, а там тебя ждут сын, мама, папа… И всё будет хорошо, так же, как всегда… Не нужно вспоминать и плакать… Ты же сильная! Но вместе с тем и не железная…
Она собрала все документы в свою сумку, уже спустилась по лестнице на первый этаж и принялась идти к выходу, как вдруг кто-то сзади ее неожиданно отозвал.
И даже рука как-то странно дернулась, взгляд машинально устремился куда-то в сторону, губы задрожали…
Она обернулась. В холле никого не было. Ее это очень сильно взволновало. Голос, ясно и отчетливо назвавший ее по имени, был мужским, едва едва знакомым. Сара еще раз оглянулась, но никто так и не показался… Здесь вообще никого не было и даже не должно было быть… Из сотрудников оставались только охранники, но они не знали имя женщины.
…Сегодня она решила не садиться в автобус, а прогуляться до дома пешком. Всю дорогу ее преследовало неприятное ощущение, будто бы за ней кто-то пристально наблюдал. Она не могла понять кто именно.
— Что же за день-то сегодня такой, — печально произнесла она и продолжила идти, но немного увеличив шаг…

…Ее снова кто-то отозвал. Голос был тем же самым. От неожиданности Сара споткнулась и кубарем покатилась по лестнице вниз. Она разбила губу, из носа тонкой струйкой потекла кровь. Женщина попыталась встать, но что-то вдруг помешало ей сделать это. Она взглянула вверх. На нее кто-то пристально смотрел. Какой-то до боли знакомый человек…
В следующий миг она вскрикнула. Внутри, где-то очень-очень глубоко всё разом изменилось, похолодело, остановилось… Это был он. Она сразу же узнала знакомое
лицо. Сознание женщины вдруг разом заполнили фрагменты той душераздирающей истории, произошедшей с молоденькой девчонкой Сарой долгих 13 лет назад. Истории, которую она всем сердцем и разумом пыталась позабыть, вычеркнуть из жизни, выдрать лист…
Сара снова попыталась встать, чтобы поближе разглядеть мужчину в белом костюме и черной кожаной куртке. Когда она встала с грядного асфальта, обнаружила на месте, где он стоял, лишь холодную пустоту. Его уже и след простыл.
— Стой… — растеряно произнесла она, взглядом продолжая искать мужчину – Стой!
Его не было.
Перепуганной женщине пришлось ни с чем возвращаться домой. Но одно теперь она знала абсолютно точно: история повторяется.

Глава четырнадцатая
Освобождение

Миссис Реммит встретила дочь аппетитными булочками на столе. Сара их ужасно любила. Но сегодня плохое настроение лишило женщину всякого аппетита – есть совсем не хотелось, и даже ароматный запах печеных сладостей, царствовавший на кухне, никак не мог сейчас привлечь ее.
— Что-то не так на работе? – живо поинтересовалась мать, увидев, что дочь в сквер-ном расположении духа – Неужели снова что-то напутала в документах?
Сара грустно посмотрела на мать и тихо прошептала:
— Нет, просто сильно устала. Съем булочки вечером, а сейчас просто посижу у себя, мне нужно разобраться со счетами, — Сара быстрыми шагами устремилась по лестнице вверх, но потом вдруг резко остановилась и, обернувшись, с тревогой в усталом голосе спросила: — Мама, а где Джон?
— Он на улице, играет во дворе, — вздохнула мать и с некой печалью посмотрела на дочь – И всё же у тебя какие-то неприятности на работе…
— Я же сказала: нет у меня неприятностей! Всё прошло хорошо, я же говорю тебе!!
— Ладно, — грустно вздохнула миссис Реммит.
— Мам, и вот еще что: меня ни для кого нет, я ушла на танцы, а приду не скоро.
— Но тебе сегодня и вправду нужно идти на репетицию концерта! Ты забыла?
Сара сильно ударила себя по лбу.
— И действительно! Сегодня же понедельник! Как же я забыла про это… Хотя, ладно. Одну репетицию можно и прогулять, ничего не случится.
— Что же ты говоришь! Мистер Уоррен будет тебя ждать.
— Нет, не пойду. Я… я сильно устала. Просто зверски. Лучше разберусь со своими отчетами, — договорила она и быстро скрылась на втором этаже.
Сара бросила сумку на кровать, сама стала нервно расхаживать по просторной комнате и судорожно обдумывать произошедшее. Пульс ее учащался, дыхание становилось глубоким и частым.
— Нет… — шептала она сама себе, скрипя зубами – Он меня больше не втянет в это. Нет… Я не хочу… Не хочу!!!
Эпизоды той страшной истории один за другим всплывали из глубин ее сознания, заставляли, содрогаясь, вновь переживать этот ужас, испытывать заново тот суровый взгляд Куклы, и… вспомнить ее. Керри. Охранницу, что спасла ее тогда ценой собственной жизни.
— Тебе не заставить меня, нет! – вдруг презрительно вскричала Сара, сильно стукнув кулачком по столу – Не заставить, ублюдок!
— Мама, что с тобой?
Джон, только что вернувшийся со двора, как всегда был в своем репертуаре. Без шума, как привидение, появляется в комнате, и его даже не слышно.
— Ты в порядке? Что с тобой?
Женщина и не заметила, как мальчик оказался в ее комнате. А его удивлению, казалось, не было предела. Сара мигом смахнула с ресниц нагрянувшие слезы и, нежно улыбнувшись, ответила:
— Ничего, родной, мама просто злится на своего начальника. Он задал мне много работы, — она быстро подошла к нему и поцеловала – Ты ужинал?
— Да. И уроки сделал, разве что не смог решить одну задачу, по геометрии.
— Ну, в геометрии я тебе не советчик, уж извини, — она постаралась нежно улыбнуться, — Но ничего. Попроси учителя помочь. Или посмотри как решили другие дети.
— Конечно, мам, это ясное дело, — ответил он ей и затем быстро добавил – Ну, ладно, я пошел к себе. Пока.
— Пока. – Сара едва сдерживалась перед сыном, не давала волю своим чувствам, прятала в себе накопившуюся злость к Страннику. Ей хотелось выть, хотелось поскорее покончить со всем этим кошмаром… Ей хотелось просто, просто жить. – Спокойной ночи, дорогой.

…В огромном помещении, усеянном многочисленными огоньками каменных змей, вдруг потух свет. Холодный порыв ветра, налетевший из самого ее центра, снес всё на своем пути. Идущие подряд каменные колоны обрушились одна за другой, вместе с ними даже змеи обернулись лишь каменным песком, ярко-красные огоньки в их глазах мгновенно потухли.
Тайная комната за минуту – а именно столько хватило существу – превратилась из красивого и светлого помещения в безжизненное холодное пространство.
Он вернулся.
О его возвращении говорило многое. Разрушение священной комнаты явилось финальным этапом его фатального возвращения. Возвращения в Наш Мир.
У него есть ясная, чётко определенная цель. Стать всесильным. И он любой ценой попытается воплотить эту призрачную цель в нечто страшное и по-настоящему реальное.
Нужна лишь отмычка. Где же она? Он уже ищет…

Глава пятнадцатая
Незабываемая ночь

Саре не спалось. Встав у открытого окна, она смотрела на звезды, полную Луну, деревья, дома. Беспрерывно курила. Одну за другой, она не могла остановиться.
Рядом с часами, которые недавно оттикали полночь, стояли две чашки уже остывшего кофе. Не тронутые.
Сара нервно ходила из одного угла к другому, затем снова подходила к окну и смотрела на небольшое озеро, которое находилось рядом с их домом. Летом они с сыном очень любили там купаться. Вода чистая-чистая, прозрачная… Ходили каждый день. Было классно. Но почему же сейчас нельзя вот также радоваться, развлекаться??? Купаться, ясное дело, нельзя, но оторваться с сыном можно и сходив на аттракционы. Нужно взять пару отгулов на работе и провести время незабываемо. Вместе с Джоном.
Но тут оживленный поток мыслей женщины вдруг что-то прервало. Сара насторожилась: там, у озера, за большим старым дубом как будто бы кто-то стоял и пристально смотрел на нее, прислонившись к дереву. Женщина в тот же момент крепко зажмурила веки, досчитала до трех и вновь устремила напуганный взгляд в сторону дерева. Там никого не было.
— Да что же это такое происходит-то, — еле шевеля губами, пробормотала Сара, мысленно продолжая искать незнакомца взглядом по всему периметру берега. Ни души. Словно и не было никого.
«Неужели я так и должна буду всю жизнь бояться, прятаться, пугаться, смотреть эти сны… Видеть кого-то в свое окно и переживать, как бы всё это не произошло со мною снова» — мысли Сары ежесекундно сменяли одна другую.
Она подошла к маленькой черной тумбочке, взглянула на старую фотографию, на которой были изображены она с сыном. Сара дотронулась до рамки, на какое-то мгновение ее лицо даже посетила едва уловимая улыбка, и вдруг… Стекло треснуло. Улыбающееся лицо Джона быстро скрылось под образовавшимися трещинами.
Сара в ту же минуту извлекла фотографию из рамки и с ужасом обнаружила только себя одну на ней. Джона рядом нет. Пустое место: секунду назад был, а сейчас исчез.
Женщиной одновременно овладели и страх и ужас. Ужас перед той таинственной неизвестностью, что таилась по ту сторону сна. Она знала, что что-то уже произошло. Сон стал частью реальности. Мысли не давали покоя. Сердце сильно сжималось, а руки дрожали. Разомкнулись. Рамка с шумом упала на пол, разлетевшись вдребезги. Кусочки стекла мельчайшими осколками разбросались по комнате…
Не помня себя, не в состоянии больше терпеть и сопротивляться, Сара быстро выбежала из комнаты, с криком и слезами пулей пересекла длинный коридор, спустилась по лестнице вниз и через секунду же была на улице. Там, у озера. У большого дуба. Не чувствуя осеннего холода.
Сара плакала и не знала, что же ей делать дальше. Больше всего на свете она боялась потерять сына. Он есть всё для нее. Он тот единственный, ради кого она жила, трудилась, работала, ради кого до сих пор не свихнулась и не оказалась в психушке.
Сара судорожно нащупала в кармане сигарету, зажигалку и закурила, вглядываясь в непроницаемую гладь воды. На улице было на редкость тихо и спокойно: ни звука, ни ветерка, ни души вокруг. Всё словно бы замерло для нее. А люди давно уже спали.
В такой тишине думалось хорошо.
Минуты две женщина стояла и смотрела, затем позади себя, метрах в двух, уловила краем уха чьё-то призрачное присутствие. Сара обернулась.
— Здравствуй, Сара.
Она увидела и услышала его. Эти слова слетели с его уст также мягко, быстро и чуть слышно. Он до сих пор был противен Саре. Она стояла и в оцепенении ждала, что же он скажет ей дальше.
Но вместо слов высокий, темноволосый мужчина в белом костюме приблизился к ней на пару шагов и улыбнулся. Сара зажмурила веки, где-то в глубине души желая проснуться. Когда же она вновь открыла глаза, с печалью обнаружила, что мужчина по-прежнему стоял на том же месте и внимательнейшим взором словно бы изучал ее.
— Что тебе нужно? – с трудом проговорила Сара, всматриваясь в знакомые глаза. Странник приблизился к женщине еще на шаг.
— Пожалуйста, не держи на меня зла, — тихо прошептал он, словно бы извиняясь за произошедшее когда-то. – Но произошло непоправимое, Сара. Оно на свободе.
— Кто… — сигарета выпала из посиневших губ женщины – О ком это ты говоришь?
— О зле, Сара, о зле. – печально проговорил он – Видишь ли… Тайная Комната разрушена. Зверь почти на свободе.
— Ты говоришь о Кукле? – с ужасом произнесла Сара, дотронувшись кончиками пальцев до губ – Снова, да? Я… — она попыталась говорить чуть громче, в ее голосе появились горькие нотки иронии – Я снова должна буду сделать это, да? Отправиться туда и еще раз убить эту тварь? Ответь мне, это так?
— Сара, ну, пожалуйста, выслушай меня, — Странник пытался успокоить женщину, что-то сказать, но она ему просто не давала сделать этого.
— Ты опять будешь плести мне сказки про вас, я знаю, — кричала она, — А потом ты «наделишь» меня силой и пошлешь в больницу на растерзание, навстречу собственной смерти!!!
— Сара, ну дай же ты мне всё рассказать!!!
— Но только знай вот что: я не соглашусь. На этот раз тебе придется переписывать свой сценарий, я не буду в нем главной жертвой, слышишь меня!!! Хватит. Тогда, 13 лет назад, мне нечего было терять. А сейчас… Сейчас у меня есть сын. Ты можешь мне сказать, что будет с ним, если меня не станет?! А ему ведь только 12 лет!
— Но ты меня не выслушала! – Странник тоже был вынужден повысить голос – Дай же мне всё тебе объяснить!
— Нечего, нечего объяснять! – слезы градом катились по румяному личику женщины – Но запомни: если с моим Джоном что-нибудь случится, я… Клянусь, я… Я убью тебя, Странник. Я способна на всё. Даже на это.
Сказав эти слова, женщина резко развернулась и быстрыми шагами направилась в сторону своего дома. Странник остался один.
А вскоре начался проливной дождь.

Глава шестнадцатая
Придуманный мир

Джон находился во дворе и катался на качелях. Дождь закончился еще ночью, вслед за ним из-за облаков показалось солнце.
Кроме него во дворе никого не было. Все дети уже разошлись по домам и начали смотреть вечерние мультфильмы, а Джону дома было как-то не по себе. Мультики… Какая ерунда! Фильмы… Скучно. Большую часть свободного от школы времени он любил проводить здесь, на качелях. Любил кататься. Очень любил.
Путешествуя по большой и светлой стране собственных мыслей, мальчик и не заметил, как его кто-то тихо отозвал. Джон обернулся: во дворе было по-прежнему тихо, вокруг не было ни души. Может быть, ему просто показалось… Хотя, нет, не показалось: он четко услышал свое имя. Что же это?
Через минуту его снова кто-то назвал по имени. Джон быстро слез с качелей и испуганными глазами оглядел всю детскую площадку. Точно: никого нет. Неужели это шутка? Его решили разыграть?
Минутку-другую он еще стоял возле любимых качелей, всматривался большими зелеными глазами на трепещущие под натиском сильного ветра деревья, но потом развернулся и быстро побежал домой.
«Куда же ты, Джон?!» — раздалось словно из неоткуда. Но мальчик уже не слышал. Он был дома.

На работе Сара никак не могла сосредоточиться на своих отчетах. Думала о ночном происшествии. Да… Всегда такая аккуратная, внимательная работница сейчас сидела и смотрела на таблицы как на что-то новое и непонятное. Хотя, таблиц она даже не видела. Перед глазами то и дело маячил этот Странник. Его глаза. Его просьба. Что же он хотел ей сказать? Может, всё-таки нужно было выслушать его? Нет, нет, она всё сделала правильно. Молодец. Так и нужно: нечего наглеть!
Сара абсолютно точно могла сказать себе только одно: она не пойдет туда снова. Ни за что. Одновременно с этим женщина всем сердцем чувствовала: назревает что-то страшное. Сны, случай с фотографией, внезапное появление Странника лишний раз доказывали это…
Стоит ли бояться? Бояться его вторжения в наш мир, в жизнь Сары, в жизнь ее сына? Если не остановить это зло, оно станет неуязвимым. Пусть не сразу, со временем, постепенно, но всё же наступит этот день. Когда же следует ожидать его? Может, на следующей неделе, может, через месяц, а может быть, уже завтра? Или сегодня? Сара не понимала, и поэтому она очень боялась, мешкалась. Мысли окончательно перепутались, и жизнь ее стала походить на настоящий кошмар.
Закрыв толстенную рабочую тетрадь, она встала из-за своего письменного стола и вышла в коридор.

Странник знал, что происходит. Он прекрасно осознавал всю опасность происходящего. В его подсознании выстроилась длинная цепь тех событий, которые уже точно произойдут в самое ближайшее время, и первые звенья этой цепи уже начали воплощаться в реальность. Суровую, жестокую и, к сожалению, плачевную.
Враг медленно, но верно, кирпичик за кирпичиком, прокладывал себе мост в наше измерение. Но просто так ему сюда не попасть. Священные ворота его остановят, но не надолго. Существует отмычка. И он воспользуется этой отмычкой. Вопрос только когда он сделает это…
Ждать было нельзя, и Странник вновь оправился на поиски Сары. Нужно было найти ее и предупредить. Теперь она его выслушает…

Сара стояла на улице и курила. Она делала это в рабочее время, поэтому если ее увидит Фримен, все дела женщины резко ухудшатся, вплоть до безоговорочного увольнения. Но Саре было глубоко «по»… Она не осознавала, что творит. Суровая реальность уплывала из-под ног, на смену ей лишь темнота вокруг, да призрачная, доходящая до маразма боязнь за жизнь собственного сына. Женщина уже далеко позади себя оставила ту тонкую грань, что разделяла здорового человека от психически-неуравновешенного…

Странник нашел ее быстро. Увидев женщину, он пришел в неподдельный ужас: было видно, что бедняжка полностью потеряла здравый смысл и контроль над собой, целиком и полностью замкнувшись в себе и «отправившись» в свой придуманный мир. Нужно было что-то делать. И только жёсткая и горькая правда могла окончательно разрушить ту стену, что отделяла ее мир от мира настоящего.
— Сара, Сара! – крикнул он женщине, подбегая – Что же с тобой такое происходит?
Сара лишь нагло усмехнулась, презрительно уставившись на мужчину. Выбросив сигарету, она тихо проговорила:
— А тебе неизвестно? – она смотрела ему прямо в глаза – Вы… Вы и только вы никак не можете оставить меня в покое! Я уже не знаю, что мне делать…
Странник поспешил ее успокоить.
— Мне ничего от тебя не нужно, — сказал он – Но ты должна знать то, что я хочу тебе рассказать. Это очень важно, это нужно знать и…
— Что знать?!!! – прокричала она и заплакала, закрыв лицо руками – Оставьте вы меня в покое!
Странник приблизился к женщине почти вплотную, она испуганно попятилась назад и остановилась возле старого фонтанчика, присев на скамью.
— Успокойся. Я сейчас тебе всё расскажу, — тихо произнес он, смотря на Сару своим, как всегда, холодным, прожигающим, гипнотизирующим взглядом. – Но ты должна молчать. Не перебивай. Только слушай.
Женщина покорно кивнула.

Глава семнадцатая
Суровая реальность

— Всё началось 13 лет назад, — начал печально рассказывать Странник свою историю. Сара внимательно его слушала. – Тогда, когда над Тайной комнатой и нашими измерениями начали сгущаться серые тучи. Это было тяжелое для нас время… — он гипнотизирующе посмотрел на Сару и улыбнулся – Но именно тогда мы встретили тебя, двадцатилетнюю девчонку с длинными черными волосами и большими добрыми глазами… Ты согласилась и отправилась туда, в логово врага. Боялась, но вместе с тем была готова уничтожить ее… Куклу…
Знаешь, Сара, в наши планы входила лишь ты одна. Но судьба распорядилась по-своему, и в больнице вместе с Куклой оказалась еще одна женщина. Керри Голдсмитт, охранник. Помнишь?
Сара быстро закрыла лицо ладонями рук. Было видно, что она плакала.
— Она… — Странник помедлил и о чём-то на пару секунд призадумался – Она изменила всё. Весь предполагаемый нами ход дальнейших событий. Может, это было и к лучшему, не нам об этом судить.
— Она спасла меня, — еле шевеля губами и, словно школьница, шмыгая носом, пробормотала Сара – Я по гроб ей обязана тем, что осталась в живых.
— Знаешь, но есть лишь одно, что Керри не должна была делать, а сделала… — загадочно прошептал мужчина – Она убила ее. Убила Куклу…
— О чём ты? – опомнилась женщина, и слезы в ту же секунду покинули ее глаза – По-чему ты так говоришь?
— Понимаешь, Сара, есть одна вещь, о которой ты должна знать – сказал Странник – Тогда, много лет назад, я не рассказал тебе о том, что… что… Сара, — он взглянул ей прямо в глаза – Сара, ты… ты не случайная. Ты избранная. Нами. Мною.
Сара побледнела. Услышать такое она была не готова.
— Что всё это значит… «Избранная»… Странник, не тяни. Говори ясно!
— Еще до твоего рождения мы располагали всеми сведениями о тебе. Мы знали: наступит день, когда ты станешь для нас просто необходима… Это и был такой день, Сара. И только избранный, то есть ты, должен был убить вселенского врага. Но вот только убила-то его не ты… Это сделала Керри, не причастный ко всему этому человек.
— Но… Но почему же ты молчал? Тогда, еще в больнице, почему? – Сара кричала сквозь стену вновь нахлынувших слез. – Зачем же нужно было молчать?!
— Нельзя, Сара, нельзя. – ответил мужчина – Ты не должна была знать всей правды; для тебя это было слишком опасно.
— Ну да… Куда безопаснее было попасть в логово зверя…
В голове Сары всё окончательно перепуталось, смешалось, реальные события встали у одной черты с кошмарными снами, иллюзиями…
— Сейчас, уже когда у тебя подрастает сын, — продолжал Странник, — История начинает повторяться, с каждым часом набирая все новые и новые обороты, принимая всё более серьезные масштабы и опасность.
— Что ты хочешь этим сказать? – спросила Сара – То, что мне снова придется вновь пройти через весь этот кошмар? Убить Куклу… Я правильно рассуждаю?
— Нет, Сара, — резко возразил Странник и посмотрел в сторону старой Сприндфилдской церкви – Всё гораздо проще, чем ты думаешь. Ну, для тебя, разумеется, — сразу же уточнил он – Но здесь главную роль играет другое… Понимаешь, Сара, между нашими измерениями существует некая преграда, дверь, если хочешь… И без ключа эту дверь не открыть…
— У Куклы ведь нет этого ключа, верно? – неуверенно спросила Сара, обдумывая всё выше услышанное.
— Нет, — ответил Странник и повернулся к ней – Но если есть дверь, а ключа от нее у Куклы нет, значит… — он явно старался подготовить Сару к чему-то — …значит существует и некая отмычка, которую он попытается заполучить…
— Что еще за отмычка?.. – Сара внимательно следила за его губами.
— Этой отмычкой, Сара, — он опустил глаза, чтобы не видеть этого глубокого, непонимающего и… такого любимого взгляда… — Является твой… твой сын.
Сара в шоке вскочила со скамьи, в ее глазах блеснули яркие огоньки настоящего, не-поддельного ужаса перед неизвестностью, перед безвыходностью сложившейся ситуации… Туман перед глазами сразу же пропал; его место быстро заняли страшные домыслы и догадки.
— Джон? – она не могла поверить в эту чудовищную истину – Этой отмычкой является мой сын? Боже мой, но как… Почему?!!
Мысленно Сара перебирала в голове все возможные и невозможные варианты.
— Да, это так, — ответил Странник, словно бы извиняясь перед женщиной.
Сара минут пять стояла молча, как статуя, и с ужасом для самой себя понимала, что она сейчас здесь, а он, ее сын, где-то там… Далеко от нее. Во дворе, на любимых качелях. Один. Не в состоянии противостоять монстру.
Она ничем сейчас не могла помочь ему. И лишь одно это вызывало леденящий душу страх.
— Но почему же ты молчал? – в сердцах прокричала Сара, разом выплеснув накопившуюся к Страннику ненависть.
— Я пытался! Ты меня не стала слушать! – он пытался что-то там ответить ей в своё оправдание…
— Но можно было ведь сказать сразу, прямо, без этих глупых вступлений! Ты полный идиот, Странник, полнейший! – женщина быстрыми шагами направлялась к дороге.
— Куда ты?
— Я к сыну! К Джону! – отвечала она, неистово крича.
Странник ничего больше не мог поделать.
— Правильно. Находись с сыном. Именно это от тебя и требуется. Кукла тебя боится, поэтому не станет трогать твоего сына. Только два дня, Сара. Эти два дня. Если по истечении этого срока он не сумеет пройти сквозь дверь, мы победили. Доступ будет навсегда закрыт……

…Сара уже не слышала. Она всеми мыслями была с сыном. С ее Джоном.
Поймав первое попавшееся такси, женщина быстро села на заднее сидение и назвала свой домашний адрес. Теперь только бы успеть. Успеть…

Глава восемнадцатая
Исчезновение

Уже через пару минут машина подъехала в дому. Сара быстро выбежала из нее и на-правилась к входной двери.
— Джон! – крикнула Сара с порога, но никто не отозвался.
Женщина уловила приятный запах пекшихся булок, поэтому сразу же бросилась на кухню. Там, как всегда, хозяйничала миссис Реммит.
— Мама, где Джон? – спросила Сара, входя в просторное помещение кухни – Дома его нет?
Миссис Реммит чуть удивилась и как-то косо взглянула на дочь.
— Что за спешка… — пробормотала она, осматривая Сару с ног до головы – Джон на улице. На качелях, наверное. Он сделал уроки, и я его отпустила. А что за вид, Сара? У тебя испачкана юбка!
Сара, не услышав последних слов матери, тут же рванула к входной двери.
— Куда же ты? – крикнула ей мать вслед, но ответа так и не получила.
Встревоженная Сара быстро шла по узенькой дорожке, проходящей через весь двор, где обычно играли дети, но сегодня их почему-то не было, и таинственная тишина, царствовавшая там, нагоняла на женщину еще лишь больший страх.
— Джон! – как можно громче крикнула Сара, почти надрывая свой голос. Минута, три, пять… Эта чертова дорожка сейчас казалась бесконечной! – Джон…
Никто не отзывался. Лишь черные вороны, встревожившись, молниеносно покидали сухие ветви деревьев… Лишь слабый ветерок, дующий навстречу, нежно потрёпывал ее густые волосы… И больше ничего.
— Джон! – в который раз прокричала бедная женщина, но уже сквозь слезы – Где же ты, сынок?..
Никого. Совершенная тишина. Даже ни звука в ответ… Хотя, нет… Звук есть…
И тут она словно бы замерла на месте. Взгляд застыл, сердце, казалось, тоже не выдержало и обернулось небольшим кусочком льда…
Она смотрела на качели. Любимые качели Джона, на которых он так любил кататься.
На раскачивающейся качели никого не было. Лишь скрип проржавевшего железа сейчас наполнял образовавшуюся пустоту вокруг. Вот и здесь его нет. Сара в таком оцепенении простояла минут пять. Не думала, не смотрела, не слушала, не дышала… Просто стояла. Качелька уже почти остановилась, а потрясенная женщина все стояла и чего-то как будто бы ждала…
В конце-концов порыв холодного ветра словно бы разбудил ее, вернул на Землю, в окружающий всех нас мир; Сара живо опомнилась и огляделась. Никого. Ее сына здесь не было.
Минуты за две она быстрым шагом пересекла весь двор по всё той же дорожке. Она направлялась к своему дому.
— Мама! – еле сдерживаясь, чтобы не заплакать, проговорила женщина, пройдя на кухню – Его нет… Во дворе его нет… Мама, он пропал…
— Да что ты такое говоришь-то? – отмахнулась мать, переворачивая пирожки в сковороде на другую сторону – Его нет во дворе, но это же пока еще ни о чём не говорит. Может быть, он пошел к тете Маргарет, а быть может зашел к друзьям… Или к Мэри, своей учительнице.
Сара быстро перебирала в голове все возможные варианты.
— Знаешь, мам, я тебя попрошу, — после некоторого молчания сказала она – Сейчас же садись на телефон и обзвони всех… Всех тех, к кому он так или иначе мог пойти домой. Друзьям, знакомым, учителям, тете, даже моим подругам…
— А ты?
— А я пойду на улицу и буду искать его там… — ответила Сара – Я возьму с собой мобильный, так что если он объявится, срочно отправь его домой и позвони мне. Хорошо?
— Ладно, дочка. Хорошо, я поняла, — тихо ответила мать и пошла в коридор за телефонной книжкой. А Сара, взяв с собой сумку и мобильный телефон, вышла из дома и побрела по большой дороге вдоль домов, продолжая искать взглядом своего сына…
Взглянув на часы, женщина с ужасом обнаружила, что уже почти восемь. Боже! Он никогда не гулял до такого позднего времени! В шесть он обычно уже сидел дома и старательно делал школьные упражнения в своих тетрадках…
Стемнело. На небе начали сгущаться тучи, послышались раскаты грома, а вскоре начался проливной дождь. Дожди в этом городе были далеко не редкостью. А Сара даже зонта не взяла… Но что же такое дождь по сравнению с тем страхом и ужасом, что приходилось испытывать бедной женщине в эти минуты…
Она медленно брела по мокрым улицам вдоль серых домов и судорожно оглядывалась по сторонам, надеясь между листвой деревьев или на тротуаре увидеть своего сына… ЖИВЫМ. Но его не было. Иногда лишь случайные прохожие в длинных черных плащах виднелись на дороге пустующей и как будто бы замершей улицы.
Как-то в детстве, лет в десять, Сара получила по математике двойку. Никогда раньше не получала, ни одного не выученного урока у нее не было, а вот тогда получила. За неверно решенную задачу. И точно также она брела по улицам со слезами на глазах и ранцем за спиной, боялась зайти домой… Боялась показать дневник и раскрыть свою «горькую» правду…
Так, вспомнилось… Но Джон не такой. Он принес свою первую двойку 3 сентября, да еще по чистописанию, да и еще с позорной пометкой учителя в виде «черты позора» — большого минуса… Не боялся сказать, во всем винил учительницу, ссылаясь на то, что она «и сама пишет как курица»…
На секунду мокрое от дождя и слез лицо Сары посетила едва уловимая улыбка. Почему она вспомнила это только сейчас? Когда ее сына нет рядом…
— Джон! – крикнула Сара на всю улицу, разбив холодную тишину вокруг. Ее голос смешался с еле слышным завыванием ветра, разлетелся по двору и, наконец, застыл где-то у дороги, разбившись о каменные крыши домов.
…Зазвенел телефон. Женщина судорожно достала его из сумки и взглянула на экран: это мама. «Неужели, пришел», — пронеслось у Сары в голове – Мама! Он пришел?.. Что?.. А… Нет, я тоже не нашла… Ладно… Хорошо, я позвоню, если объявится…
Все родившиеся со звонком надежды рухнули в ту же секунду… Что же делать? Ну где, где, где, где он может находиться???…….
Дойдя до перекрестка, женщина остановилась и устремила свой мокрый взгляд на человека, стоявшего около обочины и смотревшего на нее. Ну, да, знакомый взгляд. Это был Странник.
И впервые в жизни она уже хотела обрадоваться его появлению, поделиться всеми чувствами, переполнявшими ее душу и сердце, но… Только с ужасом прочитала в его черных глазах: случилось что-то страшное.

Глава девятнадцатая
Вернуться во тьму

Подбежав к Страннику, Сара лишь еще больше убедилась в верности своих предположений. Его взгляд, его глубокий пронизывающий взгляд ничего хорошего не предвещал. Губы были чуть приоткрыты.
— Сара, я… — тихо прошептал он обрывистым голосом, опустив глаза – Я знаю, что произошло. Знаю и то, где сейчас твой сын.
У Сары кровь похолодела. Сердце остановилось, дыхание и вовсе исчезло.
— Что? – прошептала она не своим голосом – Но где? Странник, скажи, где? Где Джон, он у тебя???
Странник помедлил, взял холодную и мокрую руку Сары и прижал к себе:
— Нет. Он не у меня. Он…
— Ну где же мой сын?! Где?
— Сара, Джон у Куклы.
Эти слова врезались женщине в самое сердце, глубоко, глубоко. Хотелось вскричать на всю улицу, убежать неизвестно куда, проснуться и позабыть весь этот кошмар… Ей хотелось снова увидеть сына.
— Нет! – ее голос пусто прогремел в ночной тиши.
Это слово она выкрикнула вместе со всеми накопившимися эмоциями, чувствами, выкрикнула прямо из груди… Белый туман. Снова перед глазами лишь белая пелена и образ сына. Которого не было рядом. Который был у ее врага, что однажды уже забрал дорогого для сердца человека… Но сейчас… Ведь это же ее сын! Сын!
— Как у Куклы? – в Саре всё еще находились силы разговаривать. Но она чувствовала, что и они на исходе…
— Понимаешь, мы не успели… Оно, зло, уже нашло и захватило твоего сына. Как отмычку для двери.
Жуткие мысли и догадки, словно пламя, больно прожигали сознание женщины, хотя нет, не женщины… А матери. Страшно было подумать, что сейчас происходит, а тем более, что будет дальше происходить с ее сыном…
Но Сара не мешкалась, она просто не имела на это никакого права… И только твердо произнесла:
— Странник, ты должен, ты обязан… Ты просто обязан перенести меня туда… Слышишь, отправь меня туда… к сыну!
— Но Сара, я…
— Молчи! Неужели ты не понимаешь! Вместе с чудовищем, там, в больнице, находится и мой Джон! Я должна идти к нему! Я хочу его оттуда забрать! Слышишь, Странник, забрать! – Сара кричала очень громко, на всю улицу, поэтому вскоре из-за этого в некоторых домах появился свет в окнах…
— Но, Сара, я не могу сделать этого! – стоял на своем мужчина, размахивая руками – Твоё появление в больнице сейчас может породить хаос в обоих наших измерениях! Пойми это!
Сара не думала сдаваться, напрочь отвергая всё вышесказанное.
— Хаос, милый, начнется у тебя, — ответила она – Если сейчас же ты не отправишь меня к сыну!
— Что же означает одна жизнь по сравнению с жизнями миллионов, миллиардов людей?! Сара, еще день, и наши Силы смогут уничтожить эту тварь, пойми, Сара!!!
— Но это жизнь моего сына! – вскричала женщина – И я не собираюсь его терять! Ты всё-таки ОЧЕНЬ странный человек, Странник! Приходишь к убитой горем женщине и сообщаешь, что знаешь, где находится ее сын, и даже говоришь у кого именно, а минутой позже объявляешь, что не можешь пустить меня к нему! И что же я должна сделать? – Сара иронично развела руками – Сказать: «Ладно, хорошо, нельзя так нельзя»… Верно я тебя понимаю???
— Сара, ты не поняла, — ответил он ей.
— Нет, не понял ты, — гневно перебила она его – Живо отправляй меня к сыну!
— Я просто очень за тебя боюсь, Сара – вздыхая, ответил Странник и приблизился к женщине на шаг – Хорошо. Ты права. Ты должна идти к сыну, но пожалуйста, разреши мне пойти вместе с тобой. Так будет безопаснее.
— Ладно, хорошо, пошли вместе! – не думая, согласилась Сара – Только побыстрее…
Мужчина приблизился к женщине почти вплотную, коснулся ладонями рук ее волос, почувствовал нежный, едва уловимый аромат ее духов.
Они закрыли глаза, мир словно бы перестал для них существовать, и даже время, не-подвластное и стремительное, казалось, сломилось под натиском двух этих людей. Сара вдруг почувствовала, что холод отступает, звук дождя куда-то исчез, и вообще всё разом коренным образом изменилось…

Глава двадцатая
Пленённые тьмой

…Она открыла глаза. На нее продолжал смотреть Странник, словно бы околдованный этим сладостным сближением…
— Ну, вот, мы здесь, — тихо прошептал он, оборачиваясь.
Они стояли в узком, темном коридоре, в самом его начале, у стены. Сара с опаской огляделась по сторонам, вспоминая и как бы сравнивая эти помещения с теми, пленившими ее тринадцать лет назад. Да… Всё то же. Звуки, запахи, даже ощущения абсолютно те же самые…
Женщина с тревогой всматривалась в холодную темноту длинного коридора, не решаясь идти дальше. И лишь любовь к сыну была сильнее страха. Она и только она вдохновляла, наполняла силами и уверенностью, помогала преодолеть и побороть в себе все страхи.
— Ну, что, пошли, — после продолжительного молчания произнесла Сара своему спутнику.
— Я пойду впереди, — отозвался Странник и зашагал вперед, исчезая в беспросветной глубине коридора – Иди за мной…
Они начали своё движение навстречу неизвестности. С каждой минутой сердце у женщины колотилось всё сильнее и сильнее, забытые с годами ощущения вновь пробуждались в ее сознании.
Во всём помещении больницы было очень холодно, дрожь постепенно сковывала движения Сары, изо рта шёл пар. С каждым шагом холод всё больше и больше завладевал телом Сары, до тех пор, пока она не остановилась и не прошептала дрожащими губами:
— Странник, я замерзла… Мне холодно…
— Потерпи, это тебе лишь только кажется, — тихо и безразлично протянул мужчина, даже не обернувшись – Холод это всего-навсего плод твоего воображения; здесь нет ветра и совсем не холодно.
Минут через пять они приблизились к лестнице, ведущей на второй этаж. Женщина осмотрела весь холл и остановила свой взор на коридоре возле лестницы на втором этаже. Именно там она познакомилась с Керри… И там же впервые увидела Куклу.
Боже… Здесь ничего не изменилось! Казалось, время позабыло про это место, оно не подвластно никаким его законам!
Сара медленно приблизилась к старой бетонной лестнице, коснулась ладонью до пыльных перил… И заплакала.
Странник, увидев это, поспешил успокоить свою спутницу.
— Ну, не надо, Сара… Пожалуйста… Сейчас не время.
— Извини, я просто не сдержалась…
— Ладно, пошли, Сара, пошли.
Они направились по лестнице на второй этаж. Света там тоже не было. Только темнота и неприятное ощущение непрерывного слежения, присутствия кого-то… Сара не могла знать наверняка, но всем сердцем и сознанием чувствовала: кто-то третий сейчас присутствует рядом с ними…
И снова холод. Странник шагал быстро, уверенно, казалось, что чувства страха и опасности к нему никак не относились. Вот ей бы так…
И вдруг что-то нарушило стоящую немую тишину. В воздухе перед Странником на какие-то доли секунды возник неизвестный силуэт человека, а затем со скоростью молнии устремился вперед в темноту.
Сара в ужасе отступила назад, закрыв лицо руками; Странник же, наоборот, попытался догнать неизвестного «духа», но не успел.
— Ты жива? – прокричал он лежавшей на бетонном полу женщине – Можешь встать, Сара?
Сара едва заметно кивнула и поплелась вслед за мужчиной, готовая снова спрятаться при малейшей опасности.
— Будь осторожна, дорогая, — предупредил ее Странник и достал из кармана маленькую круглую штучку, напоминающую обычный детский мячик – Вот, возьми это. На всякий случай. Если что, брось это врагу под ноги…
— Но что это?
— Это бомба. Отвлекает любого духа надолго. Пошли дальше.
Сара, вооружившись своим новым оружием, двинулась вслед за Странником.
Вскоре они приблизились к кабинету реанимации. Было видно, что дверь кабинета не была заперта. Сквозь маленькую образовавшуюся щель протекал мощный поток ледяного воздуха. Сара при виде этого невольно взволновалась:
— Ну, и зачем нам туда?
И только Странник хотел ответить ей, раскрыв рот, как до ушей обоих донеслось молящее «Мама!». Оба обернулись: голос донесся откуда-то неподалеку.
— Боже! – взмолилась Сара – Это же мой сын! Это Джон, Странник, он здесь!
Сара со всех ног ринулась вглубь коридора навстречу сыну. Только бы найти его, только бы найти!!
— Джон, где ты? Отзовись, сынок! – она пыталась найти его по голосу – Джон!
— Мама! – раздалось совсем отчетливо, словно бы из соседнего кабинета…
Сара остановилась. Визуально она определила то место, откуда кричал Джон: это был кабинет напротив. Она решительно направилась к двери.
— Нет, Сара, постой! – закричал подбежавший Странник, пытаясь помешать женщине – Стой!
Он там! – сказала Сара и решительно отворила дверь.
Яркий свет, вырвавшийся из светлого помещения, ослепил обоим глаза.

Глава двадцать первая
Путешествие по лабиринту

Первое, что бросилось Саре в глаза, когда она вошла в кабинет, был большой железный стол, похожий на операционный. На холодном и узком столе кто-то лежал и леденящими глазами всматривался в лица вошедших.
— Боже мой, Джон! – вскричала Сара, бросившись к сыну – Сейчас я тебя развяжу, погоди!!!
Странник подбежал помочь женщине. Через пару минут мальчик был свободен от резиновых лямок стола.
— Мама! – сын сразу же обнял обезумевшую от счастья мать – Меня… Меня забрал воздух, мама! Меня забрал красный воздух! – встревоженный крик мальчика сейчас, наверное, превышал только неистовый стук сердца его матери.
— Всё уже позади, всё хорошо, — пыталась как-то успокоить его Сара, хотя и сама была до пределов перевозбуждена случившимся.
— Но кто это был мама? Кто же? – недоумевал сын, забрасывая мать вопросами – И где же всё-таки мы? Где бабушка и… – его недобрый темный взгляд пал на стоящего рядом Странника — …и кто это?
— Потом, потом я тебе всё дома расскажу, — отвечала Сара, осматривая мальчика со всех сторон – Ты не ушибся? У тебя ничего нигде не болит?
— Всё в норме, мама, всё класс, — ответил Джон и странным взглядом, полным интереса и опаски, продолжал пожирать стоящего возле мужчину – И всё же кто это?
— Меня зовут Странник, — он решил представиться сам – Мы с твоей мамой пришли сюда за тобой.
— Какое смешное имя, — засмеялся мальчик и еще раз обнял маму – Это твой новый начальник? Может быть, это твой жених?
— Ну, что ты такое говоришь, — ответила Сара – Это не начальник, и уже тем более не жених. Это один мой очень хороший знакомый, при помощи которого я тебя нашла. Ну, пошли, пошли быстрее, нам пора…
— Нужно поскорее отсюда уходить… Иначе священные ворота навсегда закроются для нас, — произнес Странник и поторопил остальных к выходу – Быстрее, быстрее же…
Все трое заторопились к двери, ведущей обратно в коридор. Первым шел Странник, за ним нерешительными шагами продвигался Джон, изучая новые окрестности, а уже за ним, оглядываясь назад, шла Сара. То и дело она озиралась по сторонам, готовая при малейшей опасности подбежать к сыну и закрыть его своим телом.
Но вот уже минуту ничего не происходит. Ни звука, ни хороша, даже ледяной ветер куда-то пропал. Иногда отсутствие всякой видимой опасности пугает намного сильнее, нежели ее присутствие. Минута, три, пять… Но…
Странник, дойдя до большой коричневой двери реанимации, вдруг остановился и, повернувшись к Саре и Джону, тихо прошептал:
— Нам сюда. Но только тихо. Без шума.
Он осторожно, с присущей ему аккуратностью, медленно отворил тяжелую дверь кабинета. Лучи ярко-желтого света сильно осветили его лицо, а порыв холодного ветра, вырвавшегося на свободу, зашевелил черные коротко стриженые волосы.
— Заходим, — прошептал он и вошел первым. Вслед за ним вошли Джон и Сара.
Оказавшись в очень светлом помещении, все трое зажмурили глаза. Находиться в таком кабинете без солнцезащитных очков было просто невозможно. Там было пусто, лишь посередине продолжал стоять пустой операционный стол.
Саре стало очень страшно, когда она вспоминала, как когда-то давно в этом же самом кабинете, на этом же самом столе она увидела истерзанного охранника больницы. А вдруг такая же участь ожидала и Джона? Боже! Это не выносимо…
— За мной! – сказал Странник, прервав гробовую тишину вокруг.
— Куда мы идем? – спросил Джон, оборачиваясь к маме. Спросить мужчину он еще как-то не решался, его выражение лица, походка, интонация голоса, манеры отпугивали мальчика и заставляли еще больше поверить в то, что их неожиданная веселая прогулка по подземелью не совсем уж такая «веселая»…
— Сейчас всё узнаете, — ответил Странник, решив, что заданный вопрос скорее был адресован именно ему, а не матери – Пришло время…
Далее же случилось просто что-то невероятное. Стоило мужчине взмахнуть своей рукой, как из ничего, из пустоты и белого тумана начало что-то появляться. Тёмные длинные ленточки, возникшие из этого тумана, быстро образовывали в пространстве целое мини-представление, кружась в хаотичном, абсолютно невероятном направлении. Джон и Сара как вкопанные наблюдали за этим необычным зрелищем. Что же это было? Для чего всё это нужно?
Странник же, улыбаясь как ни в чём не бывало, молча наблюдал за удивленными спутниками. В такие минуты он еще больше понимал, что женщина ему не безразлична. Это его и безумно радовало, и в то же время со страшной силой отпугивало, бросая куда-то назад, в бездонную, непроглядную пропасть его сомнений, мыслей, домыслов… Как же ему нравилась Сара! Ее глаза, ее волосы, ее улыбка, ее маленькая родинка на щечке… И как переживал, понимая, что никогда уже она не будет с ним. Ужасно… Горько…
— Странник, что это? – Сара прервала его несладкие рассуждения – Объясни, нам, прошу… Что же это?
— Сейчас увидите.
Минутой позже черные ленточки перестали кружиться, собравшись вместе, они построили на ранее пустом месте прорезь, смутно напоминающую обычную, но прозрачную дверь.
— То, что вы сейчас видели, — объяснил он – ничто иное, как своеобразный вход в нашу потайную комнату, в наш зал. Там мы найдем выход из этого лабиринта обратно в ваше измерение. Прошу, идите за мной.
Обезумевший Джон растерянно поплёлся вслед за Странником, за ним шла Сара, не менее удивленная.
Мужчина прекрасно понимал, что именно сейчас творится в сознании ребенка. Всё то, чему его учили дома, в школе, в детском саду разом утратило своё значение на фоне всего происходящего вокруг, быстро превратившись в белый рассеивающийся прах. Это трудно пережить, в это трудно поверить. И это колоссальной силы удар по всем устоявшимся нормам жизни в представлении ребенка, но нужно оставаться верным самому себе и постараться понять смысл всего, что здесь его окружает… Не сразу, но со временем это произойдет.
Они шли по темно-красному каменному коридору, похожему на длинную узкую капсулу. Стены его были подобны стенам каких-нибудь древних глиняных сооружений, потрескавшихся со временем. Полы были зеркально чистыми, похоже, мраморными.
Саре было безумно интересно, чем же всё это закончится. Да и Джону тоже.
Странник же был непоколебим. Дойдя до конца коридора, он развернулся и тихо прошептал:
— Ну, добро пожаловать к нам домой…

Глава двадцать вторая
Ярко-желтая волна

Это было воистину огромное, ни похожее ни на что другое помещение. В центре большого, тускло-освещенного зала возвышался длинный, приплюснутый с обеих сторон шар, на его поверхности в самой середине стояла каменная статуя красивой птицы, излучающей в мрачное пространство впереди себя прекрасный, фиолетово-розовый цвет.
От этого шара в три стороны расстилались три узких мостика из темно-красного камня и заканчивались у трех главных выходов в зал.
Помещение зала не имело ни начала, ни конца: его потолок и пол скрывали две огромные, противоположные друг другу непроглядные бездонные бездны, хранившие в себе немало секретов этих мест, поэтому судить о размерах грандиозного помещения не имело никакого смысла.
Сара и Джон в изумлении рассматривали возвышающийся в центре зала своеобразный темно-красный эллипс. Такое они действительно видели впервые в жизни. Это было очень красиво, казалось, всё, даже каменная птица и хрустальный шар возле нее, являлись виновниками такого пленительного эффекта во всем помещении.
— Но… я, я не пойму… — произнесла женщина, с некоторым волнением всматриваясь в огненную бездну – Но почему тогда, давно ты не показал мне этот зал?
— Когда это тогда? – удивленно буркнул Джон, вглядываясь в лица обоих.
— Тогда его просто не существовало, — быстро ответил Странник шагнув навстречу обрыву. – За 13 лет многое может измениться, не так ли? Эта комната не является исключением…
Джон тоже был полон самыми разнообразными вопросами, ответами на которые владел только Странник.
— А что будет с тем, кто упадет в этот обрыв? – он со страхом метнул свой взгляд вниз.
Странник усмехнулся.
— Еще никто туда не падал, хотя… Думаю, ничего хорошего.
— Джон, отойди! – вскричала Сара, когда увидела, что сын слишком близко подошел к пропасти – Я же сказала, отойди! Хочешь свалиться?
— Нет, просто интересно, — с обидой в голосе ответил Джон и нехотя отошел.
— Сара, тебе не нужно так волноваться, с ним ничего плохого не случится, поверь мне, — вмешался Странник, наблюдая за мальчиком – Пусть узнает, учится…
— Чему ему может научить падение в пропасть? – нервно отозвалась она, не отводя глаз с сына – И вообще… Мне здесь не нравится, Странник, мы хотим обратно домой…
— Наш путь домой лежит через этот зал, мы уже близко, — как ни в чём не бывало, произнес Странник, смотря на играющего Джона своим, как всегда ледяным взглядом – У тебя очень хороший сын. Любознательный и активный. Я таким не был.
— Да, он такой, — заметила Сара – Всегда всем интересовался с самого детства. Не успокоится, пока не опробует что-нибудь новое…
Джон внимательно изучал строение каменных мостов. Этот камень был явно неземного происхождения, со своим уникальным цветом и даже блеском. Поначалу мальчик боялся дотронуться до камня, но немногим позже всё же сделал это. Его поверхность была чуть шероховатая, с многочисленными бугорочками светло-серебряного цвета, которые играя со светом, весело переливались в его лучах. Это было даже очень красиво.
Неожиданно Странник изменился в лице. Его вечно строгий, спокойный вид лица быстро испарился, холодный пронизывающий взгляд потускнел; его лицо быстро приобрело пугающую гримасу жуткого переживания и страха, и Сара быстро это заметила.
— Боже, Странник, что случилось? – встревожено спросила она его – Что с тобой?
Джон тоже привлек всё своё внимание на стоящего рядом мужчину.
— Сара… Джон… — растерянно протянул он, вглядываясь в ошарашенные лица своих спутников – Что-то происходит… Сюда… сюда кто-то… кто-то…
— Кто? – недоумевала она – Странник, кто «кто-то»?
Мужчина вдруг вскричал на весь зал:
— Сара, Джон, бегите! Слышите, бегите отсюда! Живее! Ну же, убегайте!
Он подбежал к женщине и заторопил и ее и Джона.
— Вот по этому мосту вы сейчас же побежите вон к тем колоннам возле выхода в тоннели! Живее! Давайте, Джон, Сара, убегайте!
— Но что случилось? – вскричала Сара, схватив за руку Джона – К чему спешка? Что это такое???
— Быстро! – закричал он – Быстро!
Сара и Джон что есть духу рванули в сторону моста. Их недоумению и истинному удивлению, казалось, не было никакого предела… Что же такого серьезного произошло в последнюю минуту их «путешествия» по внеземному измерению?
Странник путался в мыслях. Он тоже ничего не понимал, но чувствуя большую опасность для Джона, всё же решил подстраховаться. Сюда кто-то проник… И этот кто-то уже очень близко. Неужели Кукла уже здесь???
Позади себя он вдруг отчетливо уловил какие-то звуки. Как будто бы порыв ветра летел к нему навстречу со стремительной скоростью…
Мужчина в оцепенении обернулся. Маленький серебряный шарик быстро приближался к нему, с шумом пронзая теплые слои воздуха… Это бомба.
Последнее, что увидел Странник перед тем, как его отбросило взрывной волной на пару десятков метров, была ослепительная вспышка ярко-желтого цвета, разрушающая всё на своём пути.
Джон сразу же остановился и в страхе обернулся назад. Гримаса ужаса и непритворного переживания мгновенно посетили его светлое личико при виде образовавшегося огненного вихря.
— Но там же Странник! – в испуге вскричал мальчик, готовый даже заплакать – Мама, там… там Странник…
— Джон, не стой! Скорее бежим! – ответила переживающая за сына мать, но… тот не слушался. – Джон, я… я не шучу! Бежим!
В следующий миг оба увидели, как из густых клубов дыма и черных языков пламени прорезался ясный человеческий силуэт. Это был Странник. Медленными шагами он приближался к ним по тому же мосту. Его выражение лица, несвойственное для Странника, такое, через чур спокойное, и даже в какой-то степени улыбающееся, заставило и Сару и Джона в страхе отдалиться на пару шагов.
— Это не он, мама, это не Странник… — задумчиво протянул мальчик, всматриваясь в лицо мужчине.
— Но… как же так… — недоумевала Сара – Ведь… ведь это же он… И в то же время ты прав…
Вдруг с противоположной стороны моста, откуда-то с поверхности гигантского эллипса раздался громкий, отчётливый мужской голос:
— Бегите!!! Бегите от него!!!
Сара в ту же секунду схватила сына за руку и рванула в сторону тоннелей. Преследующий их Странник немедля помчался за ними. С каждой секундой бег его увеличивался, вот-вот он уже догонит и ее, и Джона…
Но тут Сара вспомнила про бомбу… Бомбу, которую ей вручил Странник там, в лабиринте… Она сразу же нащупала маленький металлический шарик в своём кармане, судорожно достала его и со всей силы швырнула назад, в сторону догоняющего мужчины…
Через две секунды раздался мощный ослепительный взрыв, лишь чуть-чуть уступающий по своей силе предшествующему взрыву… В тот же момент что-то очень больно ударило в спины убегающих Сары и Джона, взрывной огонь сильно обжог их кожу, одежда чуть не загорелась…
Джон под натиском взрывной волны и огня обрушился на спину Сары, она каким-то чудом сумела поймать его, избавив от больного падения о мост.
— Ты жив??? – в страхе произнесла она, осматривая перепуганного сына со всех сторон.
— Да… Всё хорошо, — растеряно пробормотал он, вглядываясь в серые клубы дыма – Вот теперь и фальшивому Страннику досталось…

Глава двадцать третья
Роковая встреча

Сара и Джон продолжали лежать на холодном каменном полу. Они никак не могли понять и объяснить такое внезапное появление второго Странника.
Тем не менее, медлить было нельзя.
— Джон, вставай, скорее бежим отсюда, — заторопилась Сара, хватая сына за руку – Давай же, поживее…
— А как же он, мама? – отбивался мальчик, продолжая взглядом искать Странника среди горящих развалин – Он же где-то там! Возможно, ему нужна наша помощь!
— Странник сказал, чтобы мы убегали. У-бе-га-ли! — многозначительно отчеканила Сара – Он нас догонит, ну скорее, сынок! Как ты не понимаешь, что там был и второй Странник… И видимо он бежал за нами не для того, чтобы радостно вручить шоколадку или показать очередной сказочный фокус с ленточками!
Женщина схватила сына за руку и побежала в сторону тоннелей, на противоположный край всего помещения. О том, что будет впереди, она сейчас не думала. Все мысли сейчас были только о спасении ее сына. О другом она думать никак не могла.
…Тем временем на поверхности огромного шара, в самом его центре, медленно приходил в сознание потрясенный взрывом Странник. Настоящий Странник. Краем глаза он уловил удирающих Сару и Джона, а затем, полностью оправившись от травм, приметил среди груды камней и песка своего двойника, вылезающего из-под развалин.
— Боже… — прошептал он, всматриваясь в самого себя – Это же она… Уже здесь…
Секундой позже он стремительно пересёк всю поверхность сферы, перепрыгнул через мост и почти вплотную приблизился к двойнику. Он не мог полностью разглядеть его лица, враг стоял спиной к Страннику, всматривался на утопающих в кромешном мраке тоннеля Джона и Сару.
— Тебе не заполучить мальчишку! – нагло произнес он своему двойнику и с силой обрушился на его тело, пытаясь «утопить» в бесчисленной груде горящих камней. В зале сразу же раздался глухой шум борьбы. Мужчина повернулся, мощным движением руки врезал врагу в правый бок, отчего тот отлетел на пару метров в сторону, ближе к мосту; Странник продолжал наносить монстру свои тяжкие удары, и снова наткнувшись на лежавшее тело, в слепой ярости ударил ему меж ребер.
Двойник не сдавался, он явно был сильнее Странника, превосходя его и в силе, и в ловкости, и особенно в выдержке. Он уверенно встал на ноги, двинулся вперед на встречу наступающему Страннику и молниеносно отразил его сопротивление. Острая жгучая боль пронзила его руку и спину. Странник опрокинулся, потеряв над своим телом всякий контроль, и только глаза его продолжали гореть в бессильном бешенстве. Больше он не мог отражать удары своего двойника, мысленно отметив некоторое бессилие перед ним… Меж тем удары продолжались наноситься с прежней, если не с куда большей свирепостью и злобой, пока в конце-концов очередной удар не завершился больным ударом о каменный мост и резким нечеловеческим криком падающего мужчины…
…Достаточно было одного неверного движения, рокового шага вниз, и… Заставший в ужасе взгляд уже бы всматривался в смертельный лик неотвратимой гибели.
…В конце-концов силы стали слишком неравны. Безжалостный двойник, продолжая сохранять на своем лице суровую железную маску невыносимой злобы и гнева, окончательно свёл на нет все попытки своего оригинала помешать реализации злых планов и решительно сломил его пылкий настрой на победу… Странник пролетел по горячему красному воздуху более двух десятков метров, больно врезался в каменную колонну, поддерживающую огромный каменный мост, и в конце-концов совсем не мягко приземлился, оказавшись практически размазанным по внешней стене помещения.
— Напрасное сопротивление, — гневно прошипел двойник, неторопливо приблизился к Страннику и показал из кармана белого пиджака маленький металлический шарик…

Сара и Джон быстро достигли входа в тоннель и почти также стремительно его пересекли… Это было длинное, темное, немного сыроватое помещение, с маслянисты-ми отблесками на потолке; в тоннеле не было абсолютно никаких источников света, отчего мчаться приходилось практически вслепую.
Однако сам тоннель оказался довольно-таки коротким, и уже через минуту они оказались во второй части большого зала, отделенного от предыдущего помещения большой каменной стеной с этим самым проходным тоннелем.
Оба, наконец, остановились. Перед ними встала своеобразная преграда: выходов из зала было три. А куда идти дальше Странник им не сказал. Или просто не успел этого сделать…
— В левый, — задумчиво протянул Джон, вглядываясь в чернеющую пустоту левого тоннеля – Определенно идти нужно в левый тоннель.
— А мне кажется в правый, — заявила Сара, нервно рассматривая округлые тоннельные входы – Почему бы и не в правый…
— Мама, всё же в левый…
— Пошли в правый…
В широком и огромном зале вдруг стало невыносимо тихо; голоса, звуки и шум борьбы, глухо доносившиеся откуда-то издали, смолкли, и неожиданно наступившая тишина показалась Саре еще куда страшнее, нежели шум…
Тут из кромешной тьмы уже знакомого тоннеля отчётливо показалось неторопливо приближающаяся фигура Странника. Лицо его выглядело более чем необычным, скорее оно напоминало отвратительную серо-коричневую гримасу, прожженную огнем или кислотой… В Саре что-то судорожно сжалось, когда ее мутный взгляд пал на приближающегося мужчину.
Увидев своих спутников, он сильно обрадовался.
— Ну, как же хорошо, что всё-таки вас догнал; иначе вы перепутали бы выходы, — радостно ответил он, медленно приближаясь к стоящим Саре и Джону.
Те, в свою очередь, только лишь откровенно напряглись, в страхе отдаляясь от мужчины.
— Стой, не приближайся! – громко крикнула Сара, закрывая своим телом сына – Не подходи ближе… Слышишь!
— В чём дело, Сара, что такое? – как ни в чём не бывало произнёс он, продолжая приближение. Нужно было только дотронуться до него… Схватить и утащить… Прикинуться хорошим…
— Стой! – не переставала она – Откуда я могу знать, что ты это ты, вас там было двое!
— О чём ты говоришь, Сара? Это же я. А тот, другой, это Кукла. Она приняла мой облик для того, чтобы запутать всех нас, – произнес мужчина – Я ее остановил, но если мы не поторопимся, будет слишком поздно…
— Я тебе не верю! – еле слышно пробормотала Сара, продолжая стремительное отступление назад и волоча за собой Джона – Я не вижу в тебе того прежнего Странника, которого знала раньше, ты не тот!
Джон удивленно метнул свой потрясенный взгляд назад, в сторону матери: «Которого знала раньше? Они были знакомы и раньше???»
Мужчина перестал улыбаться. На смену светлой маске огромного счастья быстро пришла суровая гримаса неподдельной злобы по отношению к женщине. Сара слишком поздно это поняла, и всё же… Неистовый ужас охватил ее только сейчас, когда она узнала этот взгляд… Взгляд Куклы… Перед ней сейчас стоит страшное Зло, погубившее когда-то давно ее подругу и всеми силами старающееся погубить и жизнь ее любимого сына.
— Джон, беги отсюда! – вскричала в ужасе Сара и попыталась остановить наступающего мужчину, отчаянно пригрозив ему своими кулачками – Не подходи ближе! Клянусь, я убью тебя! Убью тебя!!!
Мальчик не тронулся с места. Он молча стоял в стороне и круглыми от страха глазами наблюдал за этой душераздирающей сценой. В ту минуту он сильно, просто панически, и, наверное, первый раз в своей жизни, действительно испугался. Не за свою жизнь, нет… За жизнь матери. Поселившийся в глазах Сары страх за жизнь своего сына молниеносно отразился и в глазах Джона…
Мужчина с силой толкнул женщину своей рукой и отбросил ее на несколько десятков метров назад, в сторону тоннелей. От сильнейшего удара она в ту же секунду потеряла сознание.
— Теперь ты не помешаешь мне, — проговорил тот и резко обернулся, направив свой ледяной взгляд в сторону обезумевшего мальчика – Иди сюда. Иди…
Джон заплакал, в панике отбежал на несколько шагов назад и просто не знал, что же ему делать дальше.
— Иди ко мне! – мужчина уже полностью избавился от необходимости играть роль Странника. Его истинный облик был куда более опасен – Я сейчас сам к тебе подойду. Не заставляй меня делать тебе больно…
Мальчик продолжал медленными, полными неуверенности шагами отступать назад, в сторону тоннелей. Он вполне бы мог развернуться и что есть духу удрать по одному из них, и ни за что бы не догнал его злой Странник, но в ту страшную минуту в голове у Джона не мелькнула ни одна из подобных мыслей; он просто не мог оставить маму здесь… умирать…
Он вдруг остановился и хорошо развитым боковым зрением быстро взглянул в сторону. Около каменной стены на противоположном краю зала лежало его спасение – проржавевшая труба с очень острым заточенным наконечником.
Мальчик с усилием оторвал свой взгляд от страшного гостя и, пошатываясь, медленно побрел по направлению к спасительной находке.
— Ну, сейчас… — решался он – Сейчас я тебя… тебя… убью…
В следующую секунду Джон резко бросился вперед, пересекая зал; почти что одновременно за ним устремился и Лже Странник, надеясь опередить мальчика и ударить его по спине для подавления ненужного сопротивления.
Джон быстро примчался к трубе, схватил ее обеими руками и, развернувшись, что есть духу ринулся прямо на приближающегося мужчину, надеясь насквозь пронзить его своим железным орудием… Еще секунда…
Лже Странник оказался проворнее и сильнее. Уловив левой рукой острый край трубы, он с силой швырнул ее в сторону, а вместе с ней туда же устремился и Джон. Теперь их лежало уже двое…
— Не нужно было этого делать, — тихо прошептал монстр, осматривая окровавлен-ную от раны руку – Тебе всё равно никуда от этого не деться.

Глава двадцать четвертая
Беседа в тоннеле

Наверное, это был финал. Печальный и трагичный.
Ни Сара, ни Джон уже не могли разглядеть пути своего освобождения. Мужчина приближался, взгляд его кипел, извергая зло и ненависть по отношению и к женщине, и к мальчишке, с той лишь разницей, что последний не входил в его планы как жертва. Пока не входил… А настоящего Странника не было рядом.
В эти минуты как-то невольно вспоминался родной дом, место где ты живешь, работаешь, проводишь время; вспоминаешь также своих родных, близких… Друзей. Оцениваешь, как ты прожил эту жизнь, что оставил и чем помог любящим тебя людям. Несправедливая штука жизнь. До боли жестокая и несправедливая. «Основной тон жизни — это скука, впечатление чего-то серого…».
Вдруг печальные мысли двоих людей прервал какой-то наступающий, пронзительных звук откуда-то неподалеку, быстро разлетающийся глухим эхом по всему помещению. Словно кто-то как будто бы приближался. На секунду Сара оторвала полный ужаса тёмный взгляд с Лже Странника и метнула его в сторону предполагаемого источника этого странного звука.
— Кто это? – тихо прохрипел Джон, вглядываясь в пустоту огромного зала – Кто-то бежит? – голос мальчика был полон затаившейся надежды. Надежды на спасение.
В следующий миг из кромешной темени тоннеля со страшной скоростью, не свойственной для человека, выбежал раненый в живот Странник и с нечеловеческой силой сшиб стоящего в центре зала двойника, отправив его в «скоростной» полёт. Пролетев по горячему воздуху около 50 метров, мужчина прямо-таки врезался в каменную стену и с грохотом обрушился на груду камней, оказавшись, таким образом, заживо погребенным под ними. Тяжелые куски отколовшегося камня с огромной высоты рухнули прямо на это место, чуть не убив под ними настоящего Странника.
От неожиданности у Сары и Джона по отвисали челюсти. Такого спасения они вряд ли ожидали. Странник быстро подбежал к ним, помог Саре встать и сразу же осмотрел обоих со всех сторон.
— Вы не ранены? – спросил он, поднимаясь на ноги с колен.
— Кажется, нет – устало ответила Сара дрожащим голосом – Джон, мальчик мой, а как ты?
— Тоже нормально, — без промедления отозвался тот и презрительно посмотрел на Странника неодобрительным, прямо-таки звериным взглядом – Где же ты так долго был, мы чуть не погибли!
— Перестань! – тут же оборвала его Сара, пригрозив пальцем – Он спас нам жизнь! Как ты можешь так говорить?!
— Ничего страшного, это ведь просто вопрос, — спокойно отозвался Странник – Мне было больно, я лежал там, в зале; этот гад здорово ударил меня…
— Но кто это, Странник? Что ему от нас нужно? – спросила Сара, осматривая рану у Странника.
— Это Кукла. Злой дух принял мой облик для того, чтобы нас запутать. Он ведь знает, что вы в любом случае станете мне доверять. Но вас, оказывается, совсем не просто обмануть, — он улыбнулся.
— Разница уж очень существенная, — заметила Сара, чуть сгустив брови.
— Ну, ладно, давайте поспешим, пока эта тварь не очнулась, — произнес Странник и заторопился к среднему входу в тоннель – Идите за мной!
— А разве ты его не убил? – недоумевал Джон, со страхом и ненавистью вглядываясь в сторону развалин.
— Его невозможно убить таким образом, — заявил мужчина – Для этого обычной силы не хватит.
— А как же его убить?
— Тебе этого знать не нужно, — отмахнулся Странник – Это моя задача, – он много-значительно посмотрел на мальчика.
— Но кто такая, эта Кукла? – вдруг поинтересовался Джон, резко остановившись – Почему мы бежим от нее, а она пытается нас убить?
— Ну что ж, — задумчиво протянул мужчина – Я постараюсь ответить тебе на этот вопрос… — только он успел договорить, как сразу же в разговор с криками вмешалась Сара – Не говори, не нужно, Странник! – категорически возразила она – Я сама ему потом всё расскажу, дома.
— Но я ведь имею право знать, мама! – недовольно крикнул Джон; голос и взгляд его были полны возмущения – Эта тварь пытается убить в первую очередь меня! Это же видно!
— Но Джон, ты не…
— Странник, скажи же ей! – не успокаивался сын.
— Сара, он должен. Должен знать правду, — резко перебил всех Странник, а потом замолчал, пристально всматриваясь в мальчика своим темным, цепенеющим взглядом – Существует другое, — начал он подумав – отличное от земного измерение. Параллельное и совсем иное. В этом измерении живут те, кому чуждо всё земное, обычное с вашей точки зрения, в том числе и я. Как и в любом похожем мире у нас есть свет, тьма, тепло, холод, земля, воздух, солнце и небо, луна и звезды. Есть добро, есть и зло. Поэтому у нас живут не только добрые, чистые и светлые люди, но так же и люди злые, недобрые, кому важнейшей целью в жизни является поклонение темным силам зла, не нашедшим покоя. Вот такой силой и является Кукла. Древнейший как Мир дух. И никто уже не знает, как и где всё начиналось. Как водится, сначала он был обычным человеком, работягой, но в конце- концов он совершил страшный грех по отношению к народам, проживающим в нашем измерении… Наказание тоже было суровым, однако он чудом смог избежать его, скрывшись от ока Всемогущего Главы в Храме Тьмы, где, вероятно, и стал тем, кем является сейчас. Всей целью его скудного трех тысячелетнего существования является проникновение в ваше земное измерение для обретения свободы и полновластия, ведь, несмотря на бессмертие, здесь он не всесилен, более того, здесь он просто слаб. Однако эта слабость для людей и для всех нас является страшнейшей, практически несокрушимой силой. Я думаю, вам не следует объяснять, что же будет тогда, когда он станет всесильным. Мы, избранные, Старатели Тайной Комнаты, в течение многих веков оберегаем от вселенского Зла так называемые Двери – место перекрещения обоих наших измерений. Кстати, к которому мы сейчас приближаемся, — заметил он – Кукла ищет пути нарушения Священных Правил для своевольного проникновения на Землю. И существует один не очень приятный пункт в этих Правилах, — задумчиво протянул Странник, вглядываясь в черный каменный потолок тоннеля.
— Какой же? – с нескрываемым интересом пробормотал слегка ошеломленный Джон.
— Пункт, в котором говорится, что ребёнок Избранного является ключом для этой двери… — печально и так же загадочно ответил мужчина – Твоя мама Избранная. И ты ее сын. Следовательно – ты ключ. Отмычка.
Правила в течение многих веков пересматривались, изменялись, корректировались, поддаваясь различным временам и ситуациям; но никто не может точно сказать, кто ввел в Правила этот пункт, тем не менее, игнорировать его никак нельзя: это грозит огромным тотальным крахом для всех измерений, а этого не хочет никто – даже сама Кукла. Она знала про злосчастный пункт, поэтому она выследила и переместила тебя сюда. Эти существа наделены способностью любое физическое тело на Земле силой своего сознания перемещать к себе, в ее логово. С тобой произошло то же самое, Джон.
Мальчик внимательно слушал Странника, с любопытством и плохо скрываемым страхом проглатывал каждое его слово, не пропуская ничего мимо своих ушей. Его лицо, молочно-белого цвета, сейчас имело выражение настоящего, неподдельного ошеломления, удивления, интереса, а вместе с тем и страха, и для них не существовало никаких пределов. Его темно-зеленые глаза были как никогда полны пониманием, заинтересованности, вниманием; тем не менее, в глазах его можно было прочитать и едва уловимые огоньки некого недоверия по отношению к мужчине, ко всему, происходящему вокруг.
— Неужели всё, что ты здесь говоришь, чистой воды правда? – еле слышно проговорил он, медленно оборачиваясь к рядом стоящей матери – И эта тварь ловит меня, пытаясь поймать, забрать к себе для осуществления своих планов? Так мне нужно всё это понимать?
— Именно так, — ответил Странник, обдумывая всё вышесказанное. В глазах его отражалась напряженность мысли. – Это больно и шокирующе, я понимаю. Это страшно, непонятно и до смешного абсурдно, но, тем не менее, это чистая правда. Моя миссия – до окончания лунного цикла по нашему календарному летоисчислению оберегать тебя и твою маму от Куклы. До его завершения осталось чуть меньше 2ух часов. Если по истечении этого времени мы всё еще будем живы, значит, мы победим. Кукле снова не повезёт.
Когда Странник оканчивал свой душе трепещущий рассказ, они уже находились в последней комнате всего лабиринта – Комнате Куклы. Именно там находился выход в Земное измерение и, наверное, сама Кукла.

Глава двадцать пятая
Это ты во всём виноват!

Они медленно и бесшумно, соблюдая фантастическую осторожность, вошли в небольшую комнатку, окутанную темнотой и загадочной неизвестностью. Она была стара и ужасна, с темными переходами, углами и теряющимися во мраке высокими потолками, где глаза всматривались только в паутины и чернеющие на черном фоне тени, от одного только вида от которых в сердце рождался невыносимый, цепенеющий страх. Сквозь кромешную тьму все трое разглядели большую деревянную дверь у противоположной стены помещения, когда небольшой, едва уловимый лучик, исходящий из руки Странника, бледно скользнул по ее отвратительно-маслянистой поверхности. Затем все трое начали осторожно приближаться к ней.
— Нам сюда, — тихо прошептал Странник, указав на эту дверь. Узкий пучок света, исходящий из его руки, продолжал слабо отражаться на ее поверхности, пока, наконец, не скользнул по черному углу стены и исчез. – Идите за мной.
Сара приблизилась к сыну почти вплотную, обняла его за талию и медленно, затаив дыхание, двинулась вслед за Странником.
Пейзаж помещения, открывшийся им после того, как они вошли, мало чем отличался от предыдущего. Жуткая темнота, тусклый лучик Странника, слабого свечения которого не хватало для достаточного освещения комнаты, нервный топот ботинок, разлетавшийся вокруг каким-то странным звонким эхом, создавали прямо-таки зловещую атмосферу для Сары и Джона, заставляли трепетать от нарастающего ужаса. Оба чувствовали: зло приближается, наступает; над их головами уже зависла огромная, чернеющая туча Куклы, вот-вот она поглотит их, оборвет мирное доселе существование… Пока лишь это было мыслью, нереальной фантазией, порожденной их страхом, но всё же…
Джон всматривался в узоры, расписанные на залитых чёрными тенями стенах. Ему казалось, что эти тени, будто бы следя за ними, движутся вперед, вслед за бледным зайчиком Странника, гуляющего по утопленному во мраке потолку, повторяя каждое движение. От этого становилось не по себе, хотелось домой. Посмотреть мультики. Попробовать бабушкиных булочек, ее незабываемого чая, знаменитого на всю округу. Хотелось возвратиться ТУДА. Домой. Погрузиться в бесцветную обыденность, утонуть в повседневных делах. Хотелось!
— Вот мы и почти у выхода, — не без радости в голосе произнес Странник, остановившись в центре темного помещения – Нам осталось около ста метров. Идти следует очень тихо, чтобы Кукла не смогла уловить наши движения и присутствие здесь. И еще: как можно меньше думайте. Просто выключите сознание на эти оставшиеся две минуты. Кукла может читать наши мысли. Будьте осторожнее.
После этого мужчина развернулся и двинулся дальше. Вслед за ним устремились Джон и Сара.
Просто не верилось, что всё уже позади. Сколько же нужно было перенести, испытать, потратить нервов, чтобы пережить весь этот кошмар! Неужели скоро, уже совсем скоро они окажутся дома? Неужели… Неужели всё это кончится!
Но вдруг до Сары донеслось что-то едва знакомое… Какой-то тихий, до боли знакомый и такой родной голосок пролетел сквозь ее уши, а затем и сознание, устремляясь вглубь по беспросветным страничкам забытых воспоминаний. Она резко остановилась и обернулась назад, всматриваясь в звенящую пустоту помещения, переливающимся во мраке с этим дивным звучанием откуда-то неподалеку.
— Мама, что там? – спросил мальчик, увидев, что его мать остановилась – Что с тобой? Тебе нехорошо?
Сара медленно обернулась, устремила свой мутный, словно бы невидящий взгляд на сына и, ничего не понимая, в шоке произнесла:
— Иди, иди за Странником, я сейчас…
Джон и вовсе ничего не понял. Он никак не мог объяснить мгновенное, и такое сильное помешательство своей мамы. Пытаясь хотя бы как-то ей помочь, мальчик приблизился к женщине и попытался ее вернуть в чувства.
— Мама, мама! Что же с тобой?
Сара не ответила. Голос Джона без остатка растворился во встревоженном взгляде потерянной женщины. Тут обернулся и Странник.
— Сара, иди сюда! – прокричал он, нарушив правила молчания и тишины – Куда ты?
— Мама!!! – крикнул Джон и тихонько стукнул мать за плечо, но она никак не отреагировала, лишь устремилась куда-то в сторону; ее словно бы пленил этот чудесный голос, доносящийся, по видимому, только до ее сознания. – Странник, ну сделай же что-нибудь! – мальчик обратился к стоящему мужчине.
Женщина вдруг и вовсе побледнела; руки задрожали, глаза стали будто бы стеклянными, она искоса поглядела на Странника, но так, как словно бы совсем не видела его лица, а смотрела куда-то далеко, сквозь него, заглядывая в душу, видя в ней только лишь величайший кошмар, царивший повсюду. Обернувшись, Сара увидела перед собой немолодую женщину, чуть старше себя, лет на пять-шесть… Черные джинсы и черная кожаная куртка, в которые она была одета, органично сливались во мраке коридора, и лишь ее лицо молочно-белого цвета со светлыми длинными волосами сильно выделялись на фоне этой темноты.
— Боже мой, нет… — в ужасе произнесла потрясенная Сара, увидев перед собой улыбающуюся Керри Голдсмитт, ту самую «дорогую» подругу… — Как же это возможно? Как же это возможно?!!
Джон в недоумении наблюдал за одиноко стоящей в стороне матерью и ничего не понимал. Он хотел помочь, но не мог.
— Нет, нет, нет!!! – вскричал Странник, когда догадался, наконец, о том, что происходит — Сара, не поддавайся! Сопротивляйся, борись, дорогая!
Сара не слышала. Всё ее сознание было поглощено лишь этой женщиной. Боже… Она же всегда хотела вновь увидеть ее живой! И вот мечта осуществилась! Но что-то не так… Что-то в ее холодном безжизненном взгляде останавливало. Но только что? Что???
…Она достает из кармана что-то округлое и блестящее… Бросает… Шарик летит в сторону Сары и загорается… Застывший взгляд… Яркая вспышка… Свет… Он повсюду: в комнате, ее голове, мыслях, сознании, проникает глубоко-глубоко, обжигая сетчатку, делая невыносимо больно… Плохо… Мучительно больно!!!
Сара дико вскрикнула и вдруг совсем исчезла в утопившем ее мраке чернеющего коридора. На ее душераздирающий крик Джон и Странник среагировали незамедлительно, хотя спасать было уже некого и слишком, слишком поздно.
— Мама! – в ужасе прокричал потрясённый мальчик, глаза его мгновенно увлажнились – Где ты?! Мама!!! – он искал ее взглядом, движениями, но… Темнота была против. Под ее черной, мерклой пеленою всё стало невидимым.
— Ее нет здесь, — печально и с нескрываемой болью в голосе произнес Странник, опустив голову – Кукла ее забрала к себе.
— Нет!!! – продолжал кричать Джон, полностью потеряв контроль над собой. Мальчик ревел навзрыд, размазывая соленые слезы по лицу, от этого оно стало неприглядно липким, красным. Может быть, он хотел утопить в них свое горе — Но почему, почему??? Зачем она остановилась, зачем? Зачем???
— Не спрашивай. Мне это неизвестно. Возможно, Кукла привлекла ее внимание чем-то или… Или кем-то…
Джон вдруг перестал плакать, вытер нагрянувшие слезы рукой и бросил на Странника суровый, полный гнева и злобы взгляд. На секунду в помещении воцарилась зловещая тишина. Мальчик помолчал, лицо его отражало всю напряженность бушующих в сознании мыслей и чувств. Затем он медленно подошел к мужчине, продолжая с ненавистью смотреть в его черные как ночь глаза.
— Ты, — шмыгая носом, презрительно проговорил он, и комок обиды подступил к горлу – Это ты виноват в ее исчезновении, ты!
— Я??? – удивлению Странника не было предела – Я, я виноват? Интересно знать, почему же?
— Ты знал! Но ты стоял, смотрел и ничего, слышишь, ничего не сделал! Видел, как ее забирает эта чертова Кукла! Ответь мне, почему ты не поспешил хотя бы что-нибудь сделать? Предпринять, помочь?!! – мальчик вдруг подбежал к Страннику и стал яростно наносить ему удары своими кулаками – Где же она теперь? А? Где!!!
— Перестань, перестань, прошу тебя, — отбивался он, но безуспешно – Не нужно во всём винить другого, здесь есть вина нас обоих! И ты! И ты тоже ничего не предпринял, подумай! Мы оба стояли и ничего не делали!
От смехотворного предложения Странника мальчику вдруг захотелось горестно расхохотаться – Ну, ну это же нелепость! Ты ведь намного сильнее, Странник! – он отбежал в сторону и игриво развел руками – Что же я мог сделать, скажи?! Что?!!
— Хватит орать! – в бешенстве прокричал мужчина, наверное, делая это первый раз в жизни – Обвиняя друг друга мы никак не поможем твоей матери!
— Ну, а что же нам делать-то?
— Во-первых, перестань кричать! Вытри слезы и возьми себя в руки. Хорошо? Вот, молодец. Ну, а во-вторых, нам нужно действовать вместе, сообща. И ты должен мне в этом помочь. Пойми же, наконец, Джон: Кукла не в коем случае не станет убивать твою маму, это исключено. Дело в том, что Кукла должна оставлять для нас некую цель.
Мальчик встретил слова Странника недоумевающей гримасой.
— Ну, вот подумай: если она убьет твою маму, наше дальнейшее пребывание здесь станет абсолютно бесполезным. Мы можем прямо сейчас развернуться и покинуть Лабиринт, вернувшись в Земное измерение к тебе домой, но ведь ты же это не хочешь, ты ведь не оставишь маму здесь, верно?
— Верно.
— Так. Поэтому пока Сара будет у Куклы ЖИВОЙ, мы ни за что не оставим Лабиринт и никуда не уйдём. А Кукле нужен, в первую очередь, именно ты. Теперь-то ты меня понял, горюшко луковое? – Странник изобразил на своем лице нежную, прямо-таки бархатную улыбку. Так он почти никогда не улыбался.
— Понял, — ответил мальчик, и в голосе его почувствовалось заметное облегчение.
— Мне требуется твоя помощь. Нам нужно будет найти Сару и выбраться из этого чертового Лабиринта! Ты со мной? — мужчина перестал улыбаться, спросив уже совершенно серьезно.
— С тобой, — тихо ответил Джон и улыбнулся. В глазах его блеснула искренность – До конца. С тобой.

Глава двадцать шестая
Слёзы счастья

— Ну, тогда вперед, — решительно сказал Странник – Идем спасать твою маму.
— Идём, — быстро согласился мальчик, присоединившись к мужчине – А где она сейчас?
— Сара… Она… она… — вздохнул Странник, обняв за плечо Джона, как бы стараясь поддержать его – Она по-прежнему здесь, но только по ту сторону этих стен, — он окинул взглядом всё пространство – Пройти сквозь них мы не можем, поэтому нам придется их обходить.
Они стремительно продвигались по узким и темным коридорам «финального» Лабиринта Куклы, прямо-таки насквозь пропитанным ее цепенеющим, ледяным присутствием повсюду. Они старались идти тихо, без малейшего шума, потому что сейчас тишина как никогда шла им на руку: так было легче услышать возможные крики или попытки Сары освободиться и по звуку примчаться к ней на помощь.
— Куклу не следует бояться, — неожиданно произнес Странник на ходу, оборачиваясь к Джону – Кукла всего лишь дух. Воздух… Ее сила заключается в способности читать человеческие мысли и затем манипулировать этими мыслями, а следовательно, и самим человеком. Возможно, с твоей мамой произошло то же самое: Кукла показала ей кого-то несуществующего человека, быть может, ту охранницу… Женщину с работы твоей мамы…
— Мама как-то давно рассказывала мне про одну охранницу, — печально вздохнул Джон – Но в подробности не вдавалась.
— Сбитого с толку человека легко победить, — продолжал мужчина – И Кукла смогла. Теперь твоя мама там, в Храме Куклы… Куда мы как раз и направляемся… Но я вот что хочу тебе сказать: не повтори ее ошибку, не верь своим глазам, не иди на поводу у своего сердца… Запомни: Кукла сильна только в глазах другого, она — великолепный мастер иллюзии… Не попадайся, не верь тому, что она тебе покажет, тому, что произнесет или пообещает… Не смотри в глаза, сразу беги. Иначе последуешь вслед за матерью.
— Понял, — ответил мальчик – Меня-то уж Кукла не проведет…

Во время разговора с Джоном Странник всё больше и больше ощущал стремительно растущую предрасположенность мальчика к себе. Джон становился более открытым, более разговорчивым; исчезли тот темный мальчишеский взгляд недоверия и тихий страх перед неизвестной личностью. Сам Джон, конечно же, этого не замечал: всё шло, как само собой разумеющееся. Тем не менее, это была дружба. Молодая и некрепкая, но уже рожденная.
Вскоре они вплотную подошли к входу в Храм Куклы, где и должно было всё кончиться. Странник взял Джона за руку, подмигнул ему обнадеживающе и, тяжело вздохнув, решительно отворил чёрную каменную дверь…

Ничего. Только уже не темнота, нет… Скорее страх. А темнота… Темнота была поглощена красно-желтыми языками сверкающего пламени, светящегося в самом центре просторной комнаты, который к тому же хорошо освещал все самые темные уголочки всего помещения.
Джон сразу же обратил внимание на каменное ложе где-то недалеко от центра комнаты. Как раз в этом месте в стене напротив была огромная прямоугольная впадина, небольшое углубление, а в нем свободное темное пространство, которое яркие языки пламени не могли осветить, и лишь изредка из кромешной тьмы впадины появлялись странные тусклые свечения, доносящиеся, по-видимому, с противоположного его края. Рядом возвышалась довольно красивая статуя женщины неземной красоты… Тоже из камня. Здесь словно бы всё было только из камня…
Пристальное внимание мальчика привлекла совсем не статуя, и не магическое свечение неземного пламени, нет… Его привлекло тело, бездыханное и надвигающееся, лежащее на каменном ложе возле впадины. Он пригляделся… Всмотрелся в длинные чёрные волосы, знакомые контуры лица, губы…
— Мама! – радостно воскликнул мальчик, обнаружив, наконец, свою маму – Стран-ник, это… это же она!!! Мама!
Джон сразу же рванул в центр комнаты навстречу огню, свету, теплу и на помощь собственной матери, которой как никогда раньше она сейчас была нужна.
— Джон, погоди! – поспешил остановить его Странник, устремляясь вслед за ним.
Сара была без сознания. Ее нежное, красивое лицо румяного цвета сейчас имело гримасу ангельского спокойствия и безмятежности, как будто бы женщина просто крепко спала. Губы ее были как-то странно сжаты, нижняя губа чуть заметно подергивалась: женщина была жива.
— Что с ней? – встревожено спросил Джон, путаясь в терзающих его догадках – Странник, ее можно вернуть в сознание?
Странник внимательно осмотрел Сару.
— Она спит, — задумчиво заключил он после осмотра, — Но она спит не тем обычным земным сном, привычным Вам. Ее сон неестественен, вызван против ее воли… Сару нужно разбудить.
Мальчик аккуратно похлопал маму по румяным теплым щекам в надежде пробудить ее ото сна. Ничего не получалось, не последовало абсолютно никакой ответной реакции. Она, казалось, впала в глубокую кому.
— Не получается, — встревожено воскликнул мальчик дрожащим голосом, взял руку мамы и прижал ее к своей груди – Она не… не просыпается!
— Отойди, — спокойно буркнул Странник и приблизился к женщине, слегка коснувшись холодными ладонями рук ее щёк. Последовало пронзительное молчание. Джон затаил дыхание, прислушался к едва слышному стуку маминого сердца… В глазах его замерла надежда… Неожиданно Сара задергалась, приоткрыла тяжелые свинцовые веки, дыхание ее стало глубоким, сердцебиение участилось, и она в конце-концов резко встала и вскричала на весь зал не своим голосом:
— Нет!!! Не трогай, не трогай меня!
Секундой позже она стала судорожно рассматривать Странника, смотрящего на нее, а затем ее ничего не понимающий взгляд пал на Джона. В ту же секунду женщина пришла в себя, на ее испуганном лице снова заиграла жизнь, и даже появилось некое мутное подобие улыбки; она сразу же постаралась встать с холодного камня и обнять светившегося от счастья сына.
— Слава Богу, — произнес Странник и тоже улыбнулся.
Джон тут же подбежал к маме и помог ей встать. Он был несказанно счастлив: ну, конечно… Она, его мама, наконец-то вернулась. Вернулась!!!
— Сынок, — нежно прошептала она ему в ушко и крепко обняла – Я… Я не помню, что со мной произошло…
— Тебя забрала Кукла, — вмешался Странник, по-настоящему тронутый этой «сердцещемящей» сценой матери и сына. – Не попадайся так больше.
Она улыбнулась, но вместе с огромнейшей радостью на ее лице присутствовала и большая усталость, некая внутренняя боль. Сара еще долго не выпускала сына из своих крепких объятий. Ей ничего не нужно больше. Всё, что необходимо для жизни, уже есть. Сын. Сын рядом.
Из ее глаз неустанно текли слезы, и она прятала свое лицо, дабы скрыть их; чтобы ни Джон, ни Странник не увидели ее, такую. Но это слезы счастья. Зачем же их скрывать…

Глава двадцать седьмая
Отчаянные попытки выжить

Эту трогательную сцену ничто не могло прервать. Не родился еще тот, кто смог бы разрушить настоящую материнскую любовь. Однако помешать… Помешать мог любой.
Неожиданно в комнате раздался по-настоящему громкий, пронзительный скрежет, который беспощадно разрывал уши, отдаваясь неприятным гулом даже в мозгах. Источник этого звука был неподалеку, где-то в помещении зала, очевидно, около внешней его стены. Этому свидетельствовали многочисленные трещины, появляющиеся и распространяющиеся с большой скоростью по ее поверхности. Звук становился всё громче и громче: земля под ногами начинала содрогаться.
Сара в страхе резко мотнула голову назад, ничего не понимая, в панике обратилась к встревоженному Страннику:
— Что, что это?!! Что происходит?!!
Не думая, мужчина подбежал к женщине, схватил Джона за руку и громко прокричал:
— Бежим!!! Скорее!!!
Скрежет становился всё громче и громче, в помещении зала уже невозможно было находиться: страшно ломило уши. От пронзительного высокого звука начали трескаться каменные статуи, остальные стены и поддерживающие их колонны, а пол стал ужасно дрожать. Огромные куски откалывающихся стен и колонн образовали настоящий смертельно-каменный дождь во всем помещении, находиться здесь теперь было более чем опасно.
Неожиданно путь бегущим кто-то преградил. До боли знакомая фигура будто бы из неоткуда возникла в воздухе, вырвавшись из пучин темноты. Это был Лже Странник. Его озлобленная, недовольная гримаса на лице не позволяла верить в добрые намерения этого человека, конечно, если его вообще можно было отнести к людям…
Тем не менее, он не желал стоять и тупо смотреть на убегающих неприятелей, или скорее, ЖЕРТВ, а сразу же начал ожесточенное, решительное наступление, дикими черными глазами «пожирая» перепуганного мальчишку.
— Не получишь! – гневно воскликнула Сара и резко выбежала вперед, направляясь к наступающему монстру и готовая выцарапать ему глаза. Джон двинулся вслед за матерью, но тут же был ею остановлен. – Стой, Джон, не приближайся. Спрячься за мной… Ну, гад, сначала ты должен будешь пройти через меня, — решительно отозвалась она, оборачиваясь к Лже Страннику – Чего ты ждешь, давай! Давай же!!!
Настоящий Странник, до глубины души пораженный такой внезапно возникшей храбростью Сары, ошеломлённо произнёс:
— Сара, ты что!!! Он же тебя убьет, глупая! Ведь это Кукла!!! В моём облике, но это Кукла! Бегите, бегите, а я сам с ней разберусь!
Сара пронесла эти слова мимо своих ушей; для нее сейчас куда главнее было защитить своего сына от нарастающей угрозы. Она стояла прямо, гордо подняв голову, устремив свой озлобленный, недобрый взгляд на противника, закрывая своим телом Джона, который, в свою очередь, всеми силами пытался внести свою непосильную лепту в уничтожение общего врага, вырываясь из маминых «объятий».
Но любое подобное сопротивление со стороны Сары и Джона безнадежно меркло в ледяном, полном ярости взгляде противника; казалось, для него не существовало таких понятий, как страх, слабость, ужас; он просто отражал их своим гипнотизирующим, и словно бы стальным выражением лица; а что самое страшное, это ведь действительно было так. Все четверо это знали.
— Сара, бегите! – не выдержал Странник и толкнул женщину и мальчика назад, к каменному выступу в стене; сам же двинулся навстречу своему недоброму двойнику. Он же первым и начал атаковать. Уловив наиболее удачный момент, мужчина, словно метеор из космоса с силой обрушился на неприятеля и лихо повалил его на ледяной каменный пол.
Джон, увидев это безумство, только лишь ахнул от удивления. Но вот дух Куклы оказался сильнее. Он быстро встал с пола и начал решительное наступление на своего оригинала: на какой-то момент враг словно бы превратился с одну большую, горячую струю воздуха; с колоссально-молниеносной скоростью он прыгнул навстречу потерянному Страннику, на какие-то доли секунды застыл в его взгляде, а затем с силой ударил прямо в грудь, отбросив к стене, в темную часть помещения. Этого удара вполне хватило, чтобы на некоторое время подавить его сопротивление.
— Досталось ему, — в ужасе пробормотал Джон, видя полнейшее поражение Странника – Что же нам делать? – обратился он к маме, которая тоже пришла в ужас от увиденного.
— Я… Я не знаю… — растеряно помотала она головой, и от смертельной безысходности у нее чуть заметно задрожали колени, а по спине пробежал ледяной холодок – Хотя… Хотя… Нужно бежать… Слышишь… Бежать!!! Бежим!!!
Она резко встала с пола и помогла подняться Джону. Неприятель уже стремительно приближался к ним.
— Стой! – пронзительным, полным гнева голосом прокричал он, с каждой секундой ускоряя свой и так немедленный темп. – Мне нужен ты! – он бросил свой устрашающий взгляд на перепуганного мальчишку. – Ты!
Сара схватила сына за руку и пустилась бежать куда глаза глядели. А глядели они куда-то в сторону огромной прорези в стене помещения. Туда женщина и решила убежать в надежде скрыться в темноте тоннеля от опасного преследователя.
Тем временем суровый двойник Странника стремительно догонял их, продолжая с невероятной завидностью увеличивать темп своего бега. Он четко определил перед собой цель: любой ценой заполучить сопливого мальчишку, а от матери… От матери просто избавиться. Вопреки утверждениям Странника, Кукла ни чуть ее не боялась: она просто преграда, которую необходимо поскорее устранить…
Наконец, расстояние между врагами стало минимальным. Достаточно было просто протянуть руку… И всё… Он настиг Джона и на полном ходу с силой швырнул его в сторону мощным ударом в бок. Потрясенная таким резким поворотом событий Сара в ту же секунду остановилась и с кулаками бросилась на Лже Странника.
-Не смей трогать моего сына! – отчаянным и полным гнева голосом кричала она, пытаясь хоть бы как-нибудь его устрашить. – Что тебе вообще от нас нужно?! Не лезь к нам, не трогай, не трогай нас!!! – ее голос был громким, гневным; в нем действительно чувствовалась вся злоба и ненависть, накопившаяся у Сары за эти долгие годы мучительных воспоминаний и снов…
Она начала беспорядочно наносить удары Страннику, руками и ногами; она царапала его своими ногтями, рвала рубашку и кожу, лишь бы он упал и хотя бы на некоторое время потерял контроль над ними. Можно было совершенно точно сказать: такую злость и ненависть она источала впервые в своей жизни. Чувствовала себя львицей, вышедшей на охоту поздней ночью и убивающей попавшуюся жертву… Хотя на самом деле она даже никого не видела перед собой… Красные огоньки в ее глазах источали зло, но не видели ничегошеньки…
…Джон приоткрыл тяжелые веки, медленно приподнял голову, огляделся по сторонам и прислушался: откуда-то неподалеку доносился едва слышный шум борьбы и негромкий голос его мамы… Она кричала… Боже! Что же там происходит? А если ее убивает злой Странник??? От этих мыслей у Джона защемило сердце. Он в ту же секунду попытался встать с холодного каменного пола, но сразу же ощутил острую боль в правом боку. Мальчик дотронулся рукой до места, которое болело, и его пальцы почувствовали липкую кровь. Острый уголок камня, о который он ударился в полете, сделал свое черное дело: в правом боку, в месте около почки, оказалась большущая царапина, она-то и мешала ему подняться. Но нужно, нужно было что-то делать… Необходимо превозмочь боль и встать… Помочь…
И всё-таки лучшие качества Сары перешли и к сыну. Он смог.

…Сара в очередной раз разъяренно вонзила свои длинные красивые ногти в шею злодея, и от этого она почти сразу же окрасилась в темно-красный цвет. На этом всякое его терпение пришло к концу. Лже Странник резко мотнул рукой и сильно ударил женщину по лицу. Она сразу упала на пол.
— Ты слишком долго путалась у меня под ногами, — гневно прошипел он ядовитым голосом и сверкающими от злости глазами осмотрел исцарапанные руки – Посмотри, что же наделала, а! И всё попусту; что капля в море…
Тут из темного угла помещения появился Джон и, увидев лежащую на полу мать, прямо-таки озверел, потеряв всякое чувство опасности и самосохранения. Можно было подумать, что Сара каким-то невероятным образом передала сыну всю ненависть к врагу, хотя, ее хватало и без этого. Мальчик подбежал к Лже Страннику и что есть силы, со всего маху пнул его ногой по коленям, чтобы он упал.
— Не тронь ее! – решительно заявил он, нанося удар второй раз. На неприятеля это не произвело никакого впечатления. Уж слишком велика была разница в силе двоих этих людей; и лишь огромная огненная бездна разделяла их.
— Бесполезная агрессивность, — тихо сказал он, заглядывая Джону прямо в душу своими красными, страшным глазами. Ничего ужаснее них мальчик никогда еще не видел в своей жизни. – У вас она что, семейная?
Джон разрыдался, с каждой секундой всё больше и больше осознавая свое бессилие во всем происходящем. Наконец, схватив мальчишку за талию, Лже Странник медленными шагами направился в сторону углубления в стене помещения, как бы мысленно уже торжествуя свою безоговорочную победу…
Но он не знал, на что способна обезумевшая, горем убитая мать, лежавшая на ледяном полу и горящими от ненависти и злости глазами смотрящая вслед монстру, столь спокойно и беззаботно уводящего ее чадо.
— Я тебя убью, клянусь, — заключила про себя Сара, медленно поднимаясь с пола на ноги – Ты не будешь жить. Если Джон не будет, то ты и подавно.

Глава двадцать восьмая
Оправданный риск

…Странник вдруг ощутил невыносимо жгучую боль и ломоту, со стремительной скоростью распространяющуюся по всему телу, и не позволявшую даже самостоятельно встать. Он неторопливо приподнял голову и сонным болезненным взглядом окинул место, в котором находился: непроглядная, неведомая темнота царила повсюду, а вместе с ней и пронзительная тишина… Совсем тихо, словно бы на много метров вокруг ни души. Нет, наверное, это еще сон. Такой пугающей тишины просто не бывает… А вот темнота понемногу начинала рассеиваться, глаза привыкали к обстановке, и вскоре он уже смог нормально оглядеть место вокруг себя.
Но тут звенящая в ушах тишина была разбита. Позади себя он вдруг отчетливо уловил чьи-то торопливо приближающиеся шаги, а когда обернулся, увидел подбегающую к нему Сару. Он был несказанно рад ее неожиданному появлению, но едва скользнувшая на его лице улыбка молниеносно сменилась встревоженной гримасой волнения и переживания, когда он понял, что женщина идет одна, без Джона.
— Боже, Сара, а где же… — еле слышно пробормотал он, пытаясь встать с ледяного каменного пола – Где же Джон?! Ты оставила его одного?!!
Женщина быстро подбежала к нему и наклонилась, помогая подняться на ноги.
— Странник, мне очень нужна бомба, — неожиданно заявила она, вытирая нагрянув-шие слёзы. – По мощнее. Самую мощную.
— Зачем? – удивленно спросил он, ничего не понимая – Для чего? И где же всё-таки твой сын?
— Мой… Мой мальчик у К…К… Куклы, — с трудом выдавила она из себя, после чего помолчав, добавила решительнее – У меня есть план, но мне нужна твоя помощь, — она стала рыскать по карманам пиджака Странника – Я взорву эту тварь… Уведу Джона и брошу бомбу прямо под нос Кукле.
— Сара, Сара! Это слишком опасно! Вы можете пострадать. Тем более, что ты просто не успеешь: до завершения процедуры Воскрешения духа осталось чуть более 30 минут. Есть риск!
— Но что-то же делать надо! – закричала она – Или позволить этому выродку спокойно убить своего сына!? А риск… Риск здесь более чем оправдан.
— Ты уверена, что справишься? – с плохо скрываемым сомнением в голосе поинтересовался Странник – Готова ли ты?..
— Готова, — без промедления ответила она ему и поднялась с колен – Как никогда готова. И полна решимости. Пора, наконец, сравнять этого урода с землей.
— Ну, что же, держи, — в ту же секунду в руке у мужчины как само собой разумеющееся появился маленький серебряный шарик – Мощность этой бомбы соизмерима с мощностью бомбы, которую я давал тебе 13 лет назад, тогда, в больнице, — он осторожно протянул ей шарик – Будь внимательна, Сара; извини, что так подвёл тебя и не могу помочь… Видимо, я уже слишком стар для своей работы.
— Ты замечательный! – нежно отозвалась она, пряча в карман страшную игрушку – Бесконечно добрый и открытый человек. Я тебя очень благодарю. И Джон тоже. Не смотри на него так, это он открыто ничего не показывает, а так ты ему очень понравился, я его знаю.
Сказав это, женщина развернулась и быстрыми шагами направилась на противоположную сторону Храма, в его самую «неприятную» и темную часть. Сара ужасно переживала, наболевшие, вновь нахлынувшие слезы душили, мысли терзали и не давали покоя… Но вот только страшно-то было не за себя… Лишь это сейчас отличало этот случай от того, что произошел 13 лет назад. Неужели всё кончится также плохо? Боже… Опять эти мысли… Ну, ну почему человек не умеет отключать этот аппарат в голове, который, словно назло, постоянно ДУМАЕТ… Неужели нельзя выключить мысли? Запретить мыслить???
Она подошла у стене, по ту сторону которой сейчас находится ее сын, а вместе с ним и Кукла в облике человека, которому она доверяла и по сей день продолжает доверять… Как же тут не сойти с ума?..
Женщина тихо, соблюдая большую осторожность, медленно подкрадывалась к входу в прорезь, шагая вдоль шершавой каменной стены, словно бы на ощупь. Мельчайший шум или какое-нибудь неверное движение руки – и враг мог обо всем догадаться. По мыслям. По шагам. А в помещении было настолько тихо, что, казалось, любому будут слышны не только шаги, но и сердцебиение или дыхание.
У Сары и то и другое было на пределе.
Она вплотную подошла к входу в прорезь и осторожно высунула голову из-за угла. В кромешной тьме ничего нельзя было увидеть. Приходилось полагаться только на слух и собственную интуицию, которая, кстати, Сару редко когда подводила.
Она шагнула вперед, навстречу мраку и неизвестности, в левой руке крепко сжала свою бомбу, готовая бросить ее при первом же удачном случае. Но… Там ведь ее сын. Он может пострадать, и поэтому всё, что нужно, это вывести его отсюда, и вот тогда-то всё взорвать к чертям собачьим.
Женщина продолжала медленное наступление вперед. Ноги ее ужасно тряслись, порой даже не слушались. Увлажненный взгляд расплывался. Руки были не в состоянии и бомбы удержать. Пальцы словно сами собой разжимались. Да… Знакомые до боли чувства. Но она была должна! И она это делала.
Сара вдруг краем уха уловила какой-то звук впереди. Уж очень близкий звук… Где-то совсем рядом. Она быстро зашагала в сторону предполагаемого источника этого звука, а через секунду остановилась и в страхе замерла… Впереди кто-то стоял. Нет, нет, это не Кукла. Ростом ниже… Да ведь это же ее сын!
Сара быстро пересекла десятиметровый тоннель в расщелине и вплотную приблизилась к сыну. Ей не суждено было улыбнуться при виде мальчика: его глаза… Его широко открытые глаза казались сейчас такими безжизненными и полными ужаса, неистового, цепенеющего кошмара. Они смотрели даже не на Сару, а куда-то глубоко сквозь нее. Джон стоял ровно, прямо, без каких-либо движений. Он не видел маму, да и вообще вряд ли был в сознании.
— Мальчик мой! – отчаянно взмолилась Сара, обнимая холодное тело – Что же он с тобой сделал?! Джон, очнись, очнись, сынок!!!
Джон не откликался. На его темно-синих губах чуть заметно блистали кристаллики льда. Из носа тонкой струйкой исходил ледяной воздух. Создавалось полное впечатление тотального обморожения ребенка. И этот неестественный, синеватый цвет кожи… Что же случилось с ее мальчиком за эти 10 минут??? И как его спасти? Ведь он же еще жив…
Из груди едва слышно доносился глухой стук еще работающего сердца.

Глава двадцать девятая
Звенящая тишина

Неожиданно в кромешную тьму огромного холодного помещения ворвались ослепительно яркие лучи света. В одно мгновение весь тоннель озарился светом, Сара, наконец, смогла довольно хорошо разглядеть всё, что в нем находилось, а в первую очередь, ледяное лицо сына.
Женщина привстала, попыталась поднять Джона и поскорее увести его из этого страшного места, но вдруг путь ей кто-то преградил. Странник? Нет, Кукла…
Сара в страхе попятилась назад, пытаясь одновременно и закрыть своим телом Джона, и удержать его на ногах. Высокий, красивый мужчина в черном классическом смокинге тем временем неторопливо выливался из светящегося шара ярких огней, приближался к стоящей женщине; на его бледном, омраченном гневной сверкающей улыбкой лице заметно пропечаталась железная маска неистового злорадства.
Когда Лже Странник увидел тщетные попытки Сары убежать и остаться в живых, он не удержался от соблазна расхохотаться диким ледяным хохотом. Наконец, остановившись, он дотронулся своей рукой до пушистых, волнистых волос и, перестав зло улыбаться, тихо произнес:
— Не пытайся, ничего не выйдет, – его глаза грозно сверкнули, как бы подтверждая верность сказанного предложения. – Уже нельзя ничего исправить, нельзя ничего изменить и повернуть вспять, для твоего сына и лично для тебя всё уже кончено.
Сарой в ту же секунду овладели невероятнейший страх и ужас, а вместе с тем и сильное желание уничтожить виновника всего происходящего. Стоящего перед ней.
— Что ты с ним сделал! – с ненавистью прокричала обезумевшая женщина на весь тоннель – Отвечай, гад! Что ты сделал с моим сыном?!!
Мужчина сверкнул белозубой улыбкой и с необычайной злостью посмотрел на Сару.
— Он сам виноват во всём, что с ним произошло, — сухо отозвался Лже Странник ядовитым голосом – Все мы ответственны за то, что совершаем и творим…
— Замолчи! – гневно бросила она ему – Не тебе нас учить! И ни секунды мы не виноваты, что находимся сейчас не дома, в теплой уютной обстановке, а здесь, в этом холодном ужасном месте в твоей мерзкой компании, ни я, ни Джон!
— Ну, что ж, значит, такого ты обо мне мнения, — задумчиво заключил он, пряча руки за спину – Разве я такой плохой? Неужели я совсем не похож на вашего, настоящего Странника, в чьем облике я нахожусь? Избрав именно этот облик, я оказал и тебе и ему немалую услугу, его рейтинг в нашем измерении сильно возрастет…
Сара не ответила. В тоннеле наступила мертвая тишина. Лже Странник вдруг резко изменился в лице, взгляд его как-то необычно покраснел, на лице еще четче отпечаталась злостная маска гнева по отношению к женщине. Он приоткрыл губы, готовый закричать, приподнял руки, готовый напасть…
И тут Сара поняла, что настал-таки, наконец, этот момент. Ее выход. Ее номер. Она должна успеть, должна спасти своего сына. И здесь все средства хороши.
— Отойди! – отчаянно ответила она ему и свободной левой рукой резко выхватила бомбу из кармана. – А не то… А не то я взорву… взорву всех нас! Слышишь, лучше отойди!
Сквозь, казалось бы, нерушимую маску злости и гнева едва заметно прорезалась гримаса настоящего, неподдельного ужаса от услышанного.
— Нет, стой, не нужно этого, не нужно, — сразу же отозвался он совершенно другим голосом, отступая назад – Убери это, убери!
План сработал. Женщина не думала сдаваться, она лишь еще больше вошла в роль, решив немного поиграть…
— Я убью его, слышишь, убью, — она вдруг быстро приставила к виску мальчика серебряный шарик – Тебе ведь он нужен живым?
Лже Странник вдруг по-настоящему испугался, такой исход событий он никак не мог предугадать. В его черном сознании сейчас шел настоящий ураган разных мыслей, домыслов, воспоминаний… Он зашел в тупик.
— Ну! Что стоишь, отойди! – продолжала она – Иначе мальчишке не выжить! И тебе, соответственно!

Сара не заметила, как в глазах у сына вдруг блеснул тусклый огонек, зрачки его расширились; он моргнул, медленно возвращаясь в сознание.
— Ты убьешь своего сына? – настороженно спросил мужчина, вглядываясь в полные страха глаза женщины – Насколько я знаю людей, это практически невозможно… Ты действительно это сделаешь?
— Да! – без промедления ответила она, продолжая отчаянно разыгрывать эту сцену. – Лучше отойди!
Джон медленно разомкнул тяжелые веки, сонным взглядом посмотрел в лицо стоявшему напротив человеку. Он еще мало что понимал и видел: перед глазами непробиваемой пленкой предстал белый туман, однако голоса он уже мог слышать.
— Убивай, — неожиданно и очень спокойно произнес мужчина. Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба – Ну, давай. Нажми на кнопку, взорви его.
Сара и пришедший в себя мальчик пришли в ужас от этих слов врага. «Что же делать?!» — классический вопрос вихрем пронесся в сознании у женщины, однако подходящих решений как будто не было.
— Чего же ты ждешь? – не успокаивался Лже Странник и продолжал приближаться к женщине – Готов поклясться, ты не сможешь. Ты не сделаешь этого. Уж слишком хорошо-то я вас, людишек, знаю… Не сможешь!
И вот только что показавшаяся из-за горизонта долгожданная надежда на спасение в одночасье обернулась смертельно-опасным тупиком. Женщина заплакала, она беспомощно метала свой взгляд то на сына, то на бомбу, то на врага; да она и сама мешкалась в поисках наиболее верного решения.
Наконец, наступил момент истины. Сейчас, сейчас должно было всё решиться, всё произойти. Женщина уже приняла решение. Оставалось только ждать… Ждать!
— Это тебе за Керри Голдсмитт, — твёрдо и с презрением в обрывистом голосе произнесла она и резко надавила на маленькую красненькую кнопочку на бомбе – А это… Это за Джона!
В следующий момент она с силой швырнула маленький серебряный шарик в сторону монстра. В этот миг, казалось, даже время замерло; вокруг стало необычайно тихо: весь Храм в одночасье поразила непонятная тишина; в один момент исчезли ветер и холодок, гуляющие по всему помещению, звуки тоже куда-то подевались…
Но всё это только казалось. Время невозможно было остановить или замедлить: оно неподвластно летело вперед, превращая каждую прошедшую секунду в историю, во что-то неповторимое; вот и этот миг также быстро пролетел.
Сара стояла и смотрела… Что же она делает, нужно скорее убегать, нужно спешить!!! Но нет, она стоит и смотрит в корчащееся от злости, ненависти и боли лицо монстру, ей это словно доставляет какое-то несравнимое удовольствие, а шарик продолжает лететь. Он летит быстро, и взрыв неизбежен. Первые его огни уже застыли во встревоженном взгляде Джона…

…Сара резко развернулась и что есть духу пустилась бежать прочь, держа за талию Джона. Он уже полностью очнулся и может бежать сам, но нет: Сара будто бы не замечает веса сына. Лишь бы только успеть… Убежать…
Взрыв быстро их настиг. Чудовищная взрывная волна, с невообразимо стремительною скоростью летящая во все стороны гигантского помещения, не оставила им не единого шанса. Не успели.
Отколовшийся от стены кусок темно-красного камня с чудовищной скоростью пронесся мимо всего помещения Храма. Пролетая, краем угла он в кровь расшиб лоб подающей наземь женщине. А Джон… Джон упал на долю секунды позже, и поэтому его падение смягчило тело матери, о которое он больно ударился в полете и при приземлении.
Минуты две-три стены огромного Храма еще сокрушались под натиском бушующих огненных сил, которые разрушали всё на своем пути… Когда же всё утихло, в разрушенном зале наступила необычная, жуткая, звенящая в ушах тишина. Она была повсюду.

Глава тридцатая
Отец

Первым очнулся Джон. Он медленно запрокинул голову вверх, внимательно оглядел всё помещение. Тихо. Только маленькие язычки пламени еще вырывались из-под каменных развалин. Темно. Только крошечные лучики света, исходящие непонятно откуда, служили своеобразным источником света. И больше ничего.
Мальчик медленно встал с камней, отряхнулся и начал взглядом искать среди развалин и пепла свою маму. Он быстро ее нашел; она лежала неподалеку от центра, там, около большого центрального и, теперь уже бывшего выступа. Лица ее не было видно: Сара лежала на животе, руки ее были сильно изрезаны летящими во время взрыва камнями и осколками различных веществ. Мальчик, увидев ее, сразу же пустился в глубь неосвещаемого помещения, ближе к выступу. Он знал, он догадывался: всё уже позади. Куклы теперь нет, они смогли, они сумели уничтожить ее!
Джон подбежал к лежавшей на развалинах матери и осторожно потряс ее за плечо. Нет, не отвечает, наверное, потеряла сознание. Он с великим беспокойством оглядел ее с ног до головы, сразу понял: мама серьёзно пострадала, и ей срочно требуется хорошая медицинская помощь, как можно скорее… Но как? И где Странник? Он поможет, обязательно поможет, только где же он???…
Словно прочитав мысли мальчика, раненый мужчина сразу же показался на горизонте. Хромая, он неторопливо направлялся из-за угла помещения в сторону Джона и Сары.
— Странник! – обрадовано воскликнул Джон, подбегая к хромавшему мужчине – Маме нужна помощь, она без сознания! Странник, помоги, помоги ей, ну, пожалуйста!
— Боже… — растерянно ответил тот, когда увидел состояние бедной женщины. В усталом голосе его чувствовалось большое сожаление. – Она… Она всё же смогла… Она всё же сделала это… Взорвала! Взорвала Куклу! Как же это возможно…
— Мы победили! – не переставал кричать мальчик, явно гордясь своею мамой – Мама смогла проучить злого Странника, эту Вашу Куклу, смогла! Но верни ее в сознание, пожалуйста, что бы и она узнала!
Странник медленно подошел к женщине, нагнулся, дотронулся до ее перепачканных волос, спины, шеи. Затем осторожно перевернул Сару с живота на спину. Ужас настиг и его, и Джона одновременно, когда они увидели эту чудовищную, душераздирающую картину… Весь лоб женщины был разбит. Очень серьезная рана была как раз чуть выше правой брови: возможно, она осталась после удара красного куска камня… Кровь текла не переставая; рана, по все видимости, была очень серьезной.
— Нет, мама… — в шоке пробормотал мальчик сквозь слезы, и медленно перебросил свой взгляд на потрясенного Странника, словно бы желая найти ответ в его глазах. – Что… Что с мамой…
Воцарилась безмолвная тишина. Тишину эту теперь мог разбить только голос мамы. Однако она не подавала никаких признаков жизни и, по всей видимости, была в глубочайшей коме.
Странник молча дотронулся до шеи женщины, попытался прощупать ее пульс. Джон обеспокоено ждал, в глазах затаилась надежда. По его печальной гримасе скорби на юном светлом лице нельзя было сказать, что еще минуту назад он был безумно счастлив: теперь от этого счастья не осталось и следа. Немая тишина продолжала нависать над их головами, пока, наконец, глаза Странника вдруг не помутнели в великом испуге.
— Странник, что… Что? – Джон замер в ожидании ответа.
Но мужчина не ответил. Он взглянул в красные от слёз глаза ребенка и словно бы мысленно сообщил ему страшный ответ. Джон всё понял. Сразу, в ту же секунду. Не понадобилось никаких слов. Такой взгляд невозможно было не понять.
Мальчик медленно подошел к стоящему на коленях мужчине и обнял его, разразившись слезами. Странник хотел успокоить его, сказать слова утешения, которые, может быть, смогли бы уменьшить его горе. Но никакие слова не шли на ум, казались глупыми и бессмысленными, неспособными что-либо сделать, утешить, помочь… Он обнял мальчика, почувствовал ту любовь, которую он сейчас к нему испытывал. В первый раз.
Сара… Сколько много она успела сделать на Земле за свою столь короткую жизнь… Победила Куклу. Родила такого прекрасного сына. Сумела не только защитить его от смертельной опасности, но и во второй раз остановить наступление вселенского зла. А Странник… Он не успел сказать и трети того, что хотел и собирался. Безумная и безответная любовь по-прежнему, до самого последнего момента, до сих пор таилась в его большом светлом сердце, в самом тёплом его месте…
К чему же слова утешения? Да зачем вообще они нужны… Ничего уже не изменишь, нельзя НИЧЕГО. А потеря… Потеря Джона, наверное, была соизмерима и с его потерей. Чувства бились в разных сердцах с одинаковой интенсивностью, разве что любовь эта была разной: любовь мужчины к женщине и сына к матери. Но ведь это же совершенно разные, такие непохожие друг на друга вещи! Их ненужно, их неправильно обобщать и сравнивать…
…Сара всю жизнь что-то делала, что-то отстаивала, за что-то боролась, к чему-то стремилась. К чему-то доброму, светлому, хорошему… И всегда достигала. А свою черту подвела здесь, в этом тёмном, неземном и ужасающем месте. Жизнь несправедливая, до боли несправедливая штука. И очень жестокая.
Что же можно сказать здесь в утешение? Может быть, не только Джон, но и сам Странник нуждается в этих словах, только вот не может их найти. А что вообще могут слова? Неужели свою неповторимую, литературную силу они не теряют на беспросветном фоне разразившегося горя? Не становятся бесформенными пустышками???
— Джон, я понимаю, сейчас… сейчас тебе очень больно, очень плохо. – тихо и прерывисто сказал Странник, продолжая крепко держать в своих крепких объятиях рыдающего ребенка – Не мне, конечно, об этом говорить… Но… Джон, мальчик, послушай меня. Сара была… Сара была очень добрым, очень красивым, очень верующим человеком. Она ТАМ нужнее. И она уже была готова уйти ТУДА – из этого довольно жестокого и подлого мира. Бог ее видел… И Бог ее взял. Мне тоже очень больно, я ее очень любил, и продолжаю любить. Понимаю, ничего бы у нас не получилось, но, как мудро у вас говорится, сердцу не прикажешь. Я уверен: ТАМ, где она сейчас, светло и хорошо. Пусть так будет…
Она всегда будет с нами. Со мной и с тобой. И я тоже всегда буду с тобой. Я выполню свою миссию. Возможно, самую главную и самую ответственную в своей жизни. Стану… Стану твоим отцом… Отцом, которого у тебя никогда не было. Надеюсь, ты мне позволишь. Знаю, что Сара, наверное, была бы против. Однако твоя жизнь в большой опасности, и самому тебе не справиться, а Сара уже не сможет защищать тебя. Отец… Отец! Мне хочется стать им для тебя…
Сара сделала самое главное: она сохранила тебе жизнь. И ее уже ничто не омрачит. Кукла не мертва, но срок вновь отложен. И может быть, всё когда-нибудь снова повторится, но только уже не с нами. Не с тобой. И не здесь…
Джон приподнял голову и многозначительно посмотрел на мужчину. Странник сразу же уловил в этом взгляде согласие.

Вместо эпилога

…Со временем боль притупится, уйдет по глубже, исчезнет в пучине сознания, памяти, и останутся только самые добрые и светлые воспоминания. Жизнь постепенно войдет в своё прежнее русло, хотя самого главного уже никогда не будет…
Пройдет много лет, а в его комнате, на стене, что напротив кровати, по-прежнему будет висеть старенькая чёрно-белая фотография в красивой голубенькой рамочке, а фотографии этой на него будет смотреть молодая, весело улыбающаяся женщина, в глазах которой будто бы застыл навечно один немой вопрос «За что?».

2003 год.
Редакция и работа над ошибками 15-летнего писателя — 2013 год.

© Copyright: Володя Моденов, 2013
Свидетельство о публикации № 213110700731

Добавить комментарий